– Да и ты, ей-богу, ещё не на сцене, – раздражённо бросил Эдди. – Тут ровным счётом не из-за чего волноваться.
Лицо Карла из серого стало багряным. И Стю, и Лесли укоризненно посмотрели на Эдди – но тот ответил им сердитым взглядом. Он в искренность ударника не верил: Эдди казалось, что Карл склонен к театральности и именно сейчас захотел получить свою порцию всеобщего внимания.
Диана, заметив, как накалилась обстановка, отбросила журнал и в два прыжка оказалась рядом с музыкантами. Погладив Карла по плечу, она сказала ему с мягкой улыбкой:
– Карл, чего ты… Тебе же ребята всё правильно говорят. Да и я рядом: где-то помогу, где-то поправлю. Ну а если будет совсем плохо, – она улыбнулась ещё ярче. – Лесли снова повырезает твои вздохи, ему же не трудно.
Эта история уже стала частью фольклора Unsound Records. Лесли, скрипя зубами, пообещал Гарри, что не будет уж слишком заморачиваться – в конце концов, речь шла всего лишь о демозаписи. Но, когда Гарри и Кристиан вернулись из супермаркета, то увидели, что демоны перфекционизма всё-таки победили. Лесли сидел, склонившись над ворохом плёнки, и ругался так, что от этих слов покраснел бы даже пьяный матрос.
Услышав историю в очередной раз, участники группы захихикали и вроде бы успокоились. А когда Карл начал подкалывать Лесли по поводу неуёмного стремления к совершенству – Диана, как строгая учительница, велела ему прекратить балаган и начать распеваться.
Спустя двадцать минут они приступили к записи. Эдди, играя басовую партию, вновь ощутил то странное, приятно-постыдное чувство, наполнявшее грудь до краёв. Он не первый день работал с Unsound Records, но по-прежнему не мог поверить, что всё это взаправду.
Да и как в это поверить, если в понедельник тебе в банк, а в субботу – ты стоишь в настоящей студии и записываешь собственную песню? Эдди огляделся: снова отвратительно-жизнерадостный Карл колотил по ударным с истинно панковской самоотдачей, Стюарт нажимал клавиши осторожно, словно боясь сломать, а Лесли играл основную партию и смотрел на синтезатор, практически не мигая. Нет, это всё-таки сон, решил Эдди. Так хорошов реальной жизни просто не бывает.
Тем временем Диана, сидевшая в будке звукорежиссёра, всё-таки решила поделиться с другом своими переживаниями. Откинув волосы назад, она наклонилась к Гарри и прошептала:
– Хотела рассказать: буквально вот только что я стала свидетельницей стычки.
– Бывает, – хмыкнул Гарри. – Они вздорят периодически, а какие коллективы не спорят по поводу работы? Мы с Полом вообще редко бываем в чём-то согласны.
– Если бы ты там был – ты б меня понял, – ответила Диана и печально добавила: – Мне кажется, ваша группа долго не просуществует.
Гарри внимательно посмотрел на подругу. Диана ожидала, что он сейчас махнёт рукой, скажет что-то вроде «Господи, Ди, ерунда какая-то» – и она послушно кивнёт, потому что Гарри никогда не ошибается. Но он молчал, а от его непривычно серьёзного взгляда ей становилось не по себе.
Из оцепенения их вывел Пол, остановивший запись и выбежавший к музыкантам. Гарри посмотрел на друга через стекло и сказал Диане то, что она совсем не ожидала услышать:
– Но ей же не обязательно существовать, не знаю, сорок лет. Выпустим альбом… Ну, может, два… Или сколько вообще успеем выпустить.
Инструментальные партии записались легко и быстро – а вот с вокалом пришлось повозиться.
Карл отчаянно пытался справиться с возложенной на него ответственной ролью солиста, но ему не хватало опыта и уверенности в себе. Вокал переписывали бесчисленное количество раз – и, хотя коллеги ободряюще ему улыбались, Карл видел, как к концу дня измучились все, включая него самого.
– Пол объявляет перерыв, – сообщил Лесли, в свободное от записи время ассистировавший Кристиану. Карл благодарно ему кивнул и с ужасом заметил, что у коллеги уже дёргается не только выразительная левая бровь, но и жилка на щеке.
– Здорово, – уныло пробормотал он, вынимая из кармана джинсов пачку сигарет. – И очень вовремя.
Карл, стараясь не смотреть на коллег, натянул куртку и помчался на улицу. Обычно сотрудники курили на крыльце, но Карл предпочёл полузаброшенный задний двор. Остановившись на пороге, ударник чиркнул спичкой, прикрыл её ладонью и, наконец, закурил.
Неухоженный садик покрылся матовыми кристаллами инея. От холода у Карла заболел затылок, и он натянул куртку на голову. Вот бы можно было то, что внутри, тоже накрыть утеплённой джинсовой тканью, подумал он с усмешкой. Карл знал, что его путь в электронику простым не будет – но он даже не предполагал, что всё настолько отличается от его рокового опыта.
«И почему мне так паршиво? – подумал Карл, стряхивая горячий пепел на заледеневший бетон. ― Будто я в предыдущей группе не лажал».
Стукнула дверь, и Карл обернулся. Пол посмотрел ему в глаза и покачал головой:
– Разве курение с курткой на голове не нарушает нормы пожарной безопасности?
– Зато тепло, – ответил Карл. – И дымно. Взять бы ещё пива – и у меня тут будет мобильный паб.
