Например, на голых кирпичных стенах вдруг появились красные и голубые гирлянды, делавшие клуб похожим на фотолабораторию. А на танцполе плавно двигались люди, которые вряд ли б пересеклись в обычной жизни. Панков и футуристов, собравшихся в Kaleidoscope, объединяло лишь одно: интерес к самобытной музыке, далёкой от вершин национальных чартов. И Decline, в чарты ещё не попадавшие, для такой публики подходили идеально.
– Слушай, с этими двумя надо что-то делать, – шепнул Эдди, не отводя глаз от коллег.
Он практически не волновался перед первым выступлением – но Карл и Стюарт, которым предстояло петь, заблаговременно сходили с ума. Например, Стю забился в угол, где уткнулся лицом в колени и замер в этой неудобной позе. А Карл, наоборот, не мог усидеть на месте – и наворачивал круги по гримёрке, не реагируя на попытки с ним заговорить.
– И что ты предлагаешь? – спросил Лесли, снимая излишки туши с кисточки. – Купить им пива?
– Вы восхитительно остроумны сегодня, мистер клавишник, – фыркнул Эдди, не оценив отсылку к своему неудачному выступлению. – Нет же, я предлагаю сказать им что-то подбадривающее, пока они на стенку не полезли.
– Пиво, на мой взгляд, было бы эффективнее, – Лесли отвернулся к зеркалу и попросил: – Дай мне минуту, ладно?
Эдди, мягко говоря, не был поклонником мужского макияжа. Тем не менее, он не мог не признать: на Лесли это смотрелось эффектно – особенно в сочетании с рокнролльной причёской и куртками из каких-то научно-фантастических материалов.
Коллега, наконец, сунул тюбик с тушью в рюкзак и отправился ловить Карла. Перегородив ударнику путь, Лесли принялся что-то негромко ему объяснять. А Эдди, поправив тесный ворот водолазки, пошёл успокаивать Стюарта.
– Стю, ну чего ты, – он мягко двинул друга в плечо. – Тебе как будто впервые на публике выступать.
– В качестве солиста – впервые, – пробормотал Стюарт.
– Да брось ты, – Эдди сел на соседний стул. – Не понимаю, из-за чего переживать – поёшь-то ты сносно. А был бы русалкой – я б точно постарался получить квалификацию морской ведьмы и украсть твой голос.
Лесли часто воспринимал их речь буквально. Впрочем, что взять со столичного парня, не знакомого со странными речевыми конструкциями, которыми пользовались южане? Вот и сейчас он недоумённо посмотрел на них, не понимая, над чем коллеги хихикают и какой смысл вкладывают в свои слова.
Тем не менее, эти речевые игры помогли: Стюарт, хотя и оставался бледным, как полотно, оторвал голову от коленей и продемонстрировал готовность выступать. И только Карл продолжал причитать, предсказывая свой позор и следующее за этим увольнение.
– Но, Карл, в этом же и суть живых выступлений, – терпеливо объяснял Лесли. – Два удара никогда не звучат одинаково, у солистов могут дрожать голоса – но это придаёт атмосферности и человечности исполнению. Иначе бы лайв-записи вообще не продавались.
– Легко тебе говорить! – простонал Карл. – Будешь стоять себе в глубине сцены и жать на клавиши, в то время как я…
В дверь гримёрки – вернее, подсобного помещения, служившего гримёркой, – настойчиво постучали. Эдди поспешил открыть, в глубине души радуясь, что поток нытья не в меру застенчивого ударника прервали гости, а не он сам.
Первой в гримёрку впорхнула Диана. Оглядев бледного Стюарта и посеревшего Карла, она правильно оценила ситуацию и увела солистов в угол комнаты – утешать и давать последние советы. Следом вошли Пол, Гарри и Кристиан – и обменялись с клавишниками рукопожатиями.
– Ну как вы, дети мои? – спросил Пол.
– Хорошо, спасибо, – ответил Лесли. – Только Карл…
–…Опять хернёй страдает, – закончил за него не столь вежливый Эдди.
– Эд, ну будь ты снисходительнее, – покачал головой Гарри. – Мы нанимали Карла для живых выступлений – и не планировали, что он будет принимать участие в студийной работе и тем более петь. Представь, какое на него оказывается давление.
Эдди, который бесился от склонности ударника к излишней драматизации, лишь раздражённо поджал губы. Тем временем Диане удалось добиться того, чего не смог сделать Лесли: она вселила в Карла уверенность и убедила его выйти на сцену.
– Как в том дубле, помнишь? – напутствовала она, подводя солистов к остальным.
– Да, конечно, я помню! – закивал Карл. – Я постараюсь, мисс.
Пол и Гарри оглядели Decline – и почувствовали какую-то странную тоску. Казалось бы: совсем недавно они встретили способного музыканта, а в паршивеньком клубе одноклассника обнаружили талантливых сонграйтеров… А уже сегодня должно состояться их первое выступление – и друзьям казалось, что одновременно прошло очень много и очень мало времени.
– Удачи вам, ребята, – от всего сердца пожелал Пол – он сам не понял, когда успел привязаться к этим парням.
– И постарайтесь насладиться живым выступлением! – добавил Гарри. – Исполнение собственных песен, взаимодействие с публикой – это такой кайф, всё-таки.
– Пойдёмте уже, – холодно сказал Кристиан. – Им через пару минут выходить.
Диана, расцеловав ребят напоследок, первой выскочила из гримёрки. Следом вышли Пол и Гарри, а Кристиан, задержавшись на пороге, сказал:
