– Выбор твой одобряю, – ответил Чарли. – Карл – хороший парень. Он тебя не обманет, а даже если – первый придёт об этом рассказывать…
– Ой, замолчи, – проворчала Сьюзи. Но в следующую секунду она улыбнулась так ярко, что Чарли удивился: как это старые лампочки не полопались, не выдержав такой ослепительной конкуренции?
[1]«Теневым кабинетом» называется официальная оппозиция в странах Вестминстерской системы. В данном случае название отсылает к попытке передачи противопоставить собственную музыкальную повестку доминирующей на телевидении Top of the Pops.
[2] The Cure – британская рок-группа, основанная в 1978. Известные представители альтернативной сцены, в том числе оказали ключевое влияние на становление готик-рока.
– Мы не Top of the Pops, – высокомерно заметил ассистент. – У нас здесь живой звук – и не нужно смотреть в такое количество камер.
Кристиан равнодушно кивнул в ответ. Это был общеизвестный факт: продюсеры Shadow Cabinet из кожи вон лезли, пытаясь затмить самую популярную музыкальную передачу. Например, они из принципа всё делали иначе, чем конкуренты. Если выпуски Top of the Popsнапоминают выхолощенное подобие дискотеки – значит, выступления на Shadow Cabinet будут походить на репетиции. Поэтому артисты неброско одевались, пели на фоне непримечательного серого задника – а вокруг них сновали техники, периодически попадая в кадр. Режиссёры искусно усиливали ощущение того, что поклонники подглядывают за любимыми группами – и число зрителей Shadow Cabinetмедленно, но неуклонно росло.
– Мы заканчиваем с Insanity, – сообщил ассистент, глядя на свой клипборд. – Буквально через десять минут я приглашу вас – а пока можно подождать тут.
Он отвёл их в какой-то закуток, напоминавший кладовую – но кладовую весьма уютную, потому что там стояли роскошные кресла королевского синего цвета. Кристиан тут же устроился в одном из них и взял конфету из вазы, а Диана – встала у выхода, чтобы понаблюдать за происходящим на сцене.
Звукоинженер мельком глянул на девушку, а потом – на конфету. От волнения у него пересохло в горле, и Кристиан принялся нервно перекидывать серебристый шарик из руки в руку. Ещё на первой встрече он сообщил продюсеру, что не сможет сыграть фортепианную партию – хотя бы потому, что это сплав сложной студийной работы и исполнительского мастерства. Но его заверили: Shadow Cabinetрешит эту проблему, а Кристиану достаточно сыграть самый простой вариант.
– Мы бы очень не хотели, мистер Эдер, чтобы в кадре появился кто-то помимо вас, – с мягкой настойчивостью произнёс продюсер, наверное, уже раз в тридцатый.
– Помимо вас… – повторила Диана и хитро взглянула на Кристиана. – Звучит как название альбома.
Конфета начала таять. Кристиан сунул её за вазочку, снова посмотрел на Диану – и в этот раз не смог отвести глаз. Студийное освещение мало кого красило, но лампы словно старались угодить Диане, делая её зелёные глаза ещё ярче, а белую кожу – ещё нежнее.
«Впрочем, неудивительно, – усмехнулся Кристиан. – Она же дочь рок-звезды и известной вокалистки – а, значит, буквально рождена для сцены».
Диана словно почувствовала, что на неё смотрят, и принялась комментировать происходящее на сцене. Кристиана Insanity интересовали мало – но он, как всегда, внимательно её слушал.
– У Insanity такой обаятельный фронтмен! Но мне больше нравится их саксофонист – он, когда играет, будто растворяется в музыке… Всё-таки искренность – это лучший звукорежиссёр, – девушка обернулась, и её улыбка померкла. – Ой, милый, тебе нехорошо? У тебя сейчас такое лицо…
– Нормальное лицо, – угрюмо ответил Кристиан. – Если бы я тебя не любил – оно было бы ещё хуже.
Диана тут же забыла об Insanity и о грядущем выступлении. С суеверным ужасом она заглянула в линяло-голубые глаза Кристиана и осторожно переспросила:
– Что ты только что сказал?
Он послушно повторил – но Диана не успела даже осмыслить его слова: в кладовую заглянул ассистент и энергично замахал руками, приглашая дуэт к режиссёру.
Insanity решили не покидать площадку. Вместо этого они расселись на краю сцены – и теперь с любопытством смотрели, как режиссёр инструктирует мрачного иностранца и улыбчивую англичанку. Затем эти двое какое-то время путешествовали по джунглям проводов и микрофонов, ища оптимальную точку для съёмки – и, наконец, расположились у правого угла серого задника. Режиссёр удовлетворённо кивнул и махнул рукой, чтобы в следующую секунду услышать потрясающее контральто.
Диана пела, стоя рядом с Кристианом – а инженер, побелев от волнения, старался не отвлекаться от синтезатора. Но к концу первого дубля он свыкся с происходящим и даже посмотрел на коллегу, изумительно прекрасную в ледяном сиянии студийного света. Диана, поймав его взгляд, опустила микрофон и прошептала одними губами:
Я тоже тебя люблю.
И даже если б в этот момент на него рухнули потолочные балки – Кристиан бы не возражал против смерти в момент абсолютного счастья.
