Режиссёр тоже заметил признание Дианы – и велел команде найти крупный план для финального монтажа. Возможно, именно этот кадр поспособствовал тому, что Shipbuilding взлетела до шестого места, став одним из самых успешных синглов Unsounds Records.
Heart Out тоже бил рекорды, правда, в противоположном направлении. Сингл даже не добрался до места Electric Blue— а би-сайд A Common Delusion практически никто не заметил.
Зато сбылось предсказание Пола: критики ругали Heart Out на все лады. Осторожно обходя непонятную Electric Blue, на втором сингле они как будто вздохнули с облегчением и едко сообщили читателям – Decline на проверку всё же оказались обычной коммерческой группой, ведомым парочкой честолюбивых продюсеров.
– Слушайте, вот это можно даже посчитать комплиментом, – читал Карл коллегам, возившимся с очередным синтезатором. – «С выходом Heart Outстало очевидно, что главный актив группы – это не музыка, а смазливость её участников».
– Ну, только если очень своеобразным, – с сомнением отозвался Стюарт.
Однако попадались и недвусмысленные комплименты. Например, журналисты наперебой хвалили голос Карла – и ударник с каждой прочитанной рецензией как будто расцветал. Вот и сейчас он, краснея от смущения и гордости, процитировал:
– «Великолепный баритон их вокалиста способен даже такую невнятную вещь, как Heart Out, превратить в чувственную и искреннюю балладу», – Карл выдохнул, перевернул страницу и продолжил чтение: – «На второй стороне сингла расположилась A Common Delusion… Эта претенциозная гей-агитка, тем не менее, демонстрирует рост Decline – их тексты усложняются, а звучание становится всё более утончённым».
Лесли же словно старался выбросить Heart Out из головы – после того, как сингл смикшировали, он даже не упоминал его в разговорах. Но, как считал Стюарт, коллега разве что не вытатуировал на лбу фразу: «Я ведь вам говорил».
– Не демонизируй его, – попросил Эдди, и Стю мрачно парировал:
– А ты его не превозноси.
– Хватит уже, – Карл нехотя отвлёкся от своего занятия – он вырезал рецензии из журналов. – Вы оба так сильно в себе сомневаетесь, что не можете воспринимать человека объективно. Вот ты, – он ткнул ножницами в сторону Эдди. – Считаешь себя полной бездарностью и надеешься, что работа с Лэсом как-то это поправит. А ты, мой дорогой Стю, видишь в способностях Лэса угрозу – и потому сопротивляешься каждой его идее.
Эдди изумлённо уставился на коллегу. Умным он бы Карла никогда не назвал – но ударник оказался как-то по-житейски мудр и приметлив. Стюарт, кажется, это тоже понял – и с мягкой улыбкой спросил:
– А ты, значит, воспринимаешь Лесли объективно?
– Конечно, я ведь не клавишник – мне с ним делить нечего. К тому же, – Карл усмехнулся. – Я знаю причины его поступков и потому понимаю Лэса лучше вас. Например, мне известно, за что он так ненавидит Heart Out.
– И за что же? – ревниво спросил Эдди.
Карл стряхнул с коленей обрывки бумаги, поднялся на ноги и подошёл к комоду с пластинками. У Пола и Гарри была внушительная коллекция винила, которая хранилась кое-как – новые конверты просто складывались поверх старых. Однажды Эдди и Лесли попытались всё систематизировать, но быстро бросили это занятие: на разбор требовалось не меньше дня – а такого количества времени у них пока не было.
Но ударник чудесным образом во всём этом ориентировался – и, сунув руку куда-то в середину, сразу вытащил нужный лонгплей[1]. Он протянул его коллегам, и те с любопытством склонились над светло-синим конвертом.
Это был второй альбом The Robertsons с характерным для них названием Unloveable[2]. Эдди и Стюарт не слушали рок, не знали, как выглядят участники – но почему-то решили, что на обложке изображены именно они. На переднем плане курили два парня. Ещё два сидели за роялем – и, когда друзья взглянули в тот угол, паззл для них сложился.
Один из пианистов, худощавый и темноволосый, что-то увлечённо рассказывал коллеге. Второй – блондин с пышной шевелюрой, – очевидно смеялся над его историей. Эдди хватило одного взгляда, чтобы узнать эту улыбку – но Стюарт пожелал убедиться наверняка. Он осторожно взял конверт, перевернул его и прочитал:
– Лесли Уайт – рояль, синтезатор, флейта, оркестровки, бэк-вокал… Ну, да, всё сходится.
– А я о чём? – довольно улыбнулся Карл. – Лэс был рок-музыкантом – и потому медовая Heart Out для него почти как отрава.
– Отрава, чёрт тебя дери! – возмутился Эдди. – Да ты же сам за неё проголосовал!
– Потому что мне, в отличие от кое-каких наших коллег, предрассудки не свойственны, – недоумённо пожал плечами ударник.
– А как ты… – начал было Стюарт, но тут же замолчал – потому что в коридоре послышался знакомый высокий голос.
Карл быстро выхватил у Стю конверт, сунул обратно в середину стопки и схватился за ножницы как раз в тот момент, когда открылась дверь. Румяный не то от мороза, не то от бега Лесли оглядел коллег и положил на стол пачку печенья.
