Лесли удивлённо взглянул на Стю и не удержался от улыбки, когда Эдди спросил с интонациями строгого родителя:
– И куда это мы собрались, молодой человек?
– К… К Эвелин, – робко ответил Стюарт и, конечно же, посмотрел в сторону Лесли.
Тот ответил ему равнодушным взглядом. Сестра ничего не говорила ему об отношениях со Стю. Но, очевидно, что они не закончились на том показе мод, откуда утомлённый Лесли сбежал обратно в студию. Убранные назад волосы, новая рубашка, пальто более современного кроя – ко всему этому явно приложила руку Эвелин, профессионально маскирующая природные недостатки с помощью одежды и косметики.
Эдди тем временем допытывался, точно ли Стюарт дойдёт до нужного места или его всё-таки надо проводить. Карл с любопытством наблюдал за этой сценой, а Стю отмахивался с интонациями замученного родительским контролем подростка:
– Эдди, тут недалеко же, ну. Я позвоню тебе, ладно?
– Иди уже, – добродушно проворчал Эдди.
Стюарт помахал коллегам рукой и двинулся в сторону основной улицы, где свет лежал ровный, как края оригами. Остальные члены Decline распотрошили остатки пачки Лесли и, закурив, зашагали в противоположную сторону. Чем дальше они отходили от исторического центра – тем чаще им встречались современные многоквартирные дома. Лесли они почему-то напоминали блистерные упаковки, воткнутые в асфальт, Эдди – таблицы с перечислением окон-нулей. Карл же когда-то жил в таком районе – и теперь ряды домов напоминали о месте, куда ему велели никогда не возвращаться.
– А ты не переживаешь, что Стюарт и твоя сестра… – отвлёк его от размышлений голос Эдди. – Ну, встречаются?
– Я скорее переживаю за Стю, – с усмешкой сказал Лесли. – Ты же видел, что она с ним сделала.
– А что она с ним сделала? – удивлённо спросил Карл и недоумённо сверкнул серёжкой, когда Эдди и Лесли расхохотались ему в ответ. – Блин, парни, какого хрена?
– Да не психуй ты, – Эдди похлопал его по плечу. – Эвелин познакомила Стю с расчёской и одела примерно как брата. Неужели ты не обратил внимания?
Ударник нахмурился, вспоминая какие-нибудь разительные перемены во внешности Стюарта – но в итоге покачал головой. У офиса Unsound Records всем троим предстояло расстаться: Карла ждал тот самый комфортабельный диван, а Эдди и Лесли нужно было идти в противоположные стороны.
– До скорого, парни! – ударник рывком открыл калитку и помчался к подъезду – заиндевелый гравий захрустел под ногами, как жжённый сахар.
– Пока, Карл, – ответил Лесли. – Пока, Эдди… Получается, действительно до четверга.
– Получается так, – кивнул Эдди. – Пока, Лесли. И… И спасибо за те слова перед концертом. Мне было приятно услышать их… Ну, от тебя.
Лесли недоумённо вскинул брови. Проехавший мимо автомобиль полоснул их лезвием света, оставив на лицах сияющие порезы. Они затянулись ещё до того, как автомобиль свернул за угол, а Лесли – удивлённо сказал:
– В моём рейтинге загадок вселенной эта занимает почётное третье место, – он поднял свой бесполезный шарф повыше. – Искренне не понимаю, почему люди, которыми я восхищаюсь, изо всех сил не замечают свои таланты. У Decline уже сейчас есть песни, которые… Как ты выразился тогда? Подходят по форме под чьё-либо сердце?
– Кажется, как-то так. И какая из наших песен подходит тебе? – спросил Эдди и едва не потерял дар речи, когда получил ответ. – Heart Out?! Да ты же её до смерти ненавидишь!
– И это одна из причин, – усмехнулся Лесли. – Когда буду достаточно пьян – возможно, расскажу, почему. А теперь давай всё-таки расстанемся… До четверга, Эдди.
– До четверга, Лесли.
На этот раз разойтись получилось: обменявшись рукопожатием, коллеги двинулись в разные стороны. Эдди сунул озябшие пальцы в карманы куртки и вжал голову в плечи, изо всех сил пытаясь согреться – после полуночи стало стремительно холодать.
«Есть в них, Уайтах, что-то… Что-то такое, – думал он, шагая к остановке в надежде поймать какой-нибудь поздний автобус. – Не зря они рыжие. Может, использовали свою колдовскую квалификацию и приворожили меня и Стю?».
Эдди вдруг вздрогнул и на всякий случай обернулся – чтобы убедиться, что Лесли не прочитал его мысли и теперь не смотрит ему вслед. Но, к великому облегчению, клавишник увидел лишь медно-русый затылок. Правда, обернись Эдди чуть раньше – он точно столкнулся б взглядом с глазами, которые в свете декабрьской ночи казались небесно-голубыми… Самого лучшего, в общем, оттенка на свете.
[1]«Британское вторжение» – явление, когда британская музыка доминировала в мировых чартах, в частности американских. Как правило этот термин употребляется по отношению к 1960-м, где самыми заметными группами были The Beatles, The Who, The Kinks и так далее.
[2] Так критики называли Энди Маккласки и Пола Хамфриза – лидеров одной из первых синти-поп-групп Orchestral Manoeuvres in the Dark.
[3] Смоки Робинсон (р. 1940) – автор-исполнитель, лидер коммерчески успешной в 1960-е группы The Miracles.
[4] Злая гитара.
– Никаких ёлок и бумажных гирлянд, – решительно заявил Пол. – Ненавижу эти пошлости.
