– Вы же… ― у него был резкий голос ― словно он не говорил, а отрывал от газеты полоски со словами. ― Вы из Station? Я видел вас в клипе.
– Всё так. Пол Мэллиндер, Unsound Records, ― он протянул клавишнику руку, и тот с готовностью её пожал.
– Ничего себе, ― выдохнул парень. ― А мы только что играли вещи с вашего альбома…
– И весьма недурно, ― заверил Пол. ― Но я хотел спросить о первой песне ― той, что о японском лётчике. Кто её написал?
На лице клавишника появились пятна.
– Стюарт и я, ― сказал он торопливо. ― Но мы даже предположить не могли, что вы сюда придёте. И тем более не собирались выпускать её как сингл!
– Что?.. ― удивлённо спросил Пол.
Клавишник беспомощно обернулся ― и к ним подошёл второй, что пониже. Такой приметной внешности Пол не встречал давно: смоляные кудри и настолько яркие зелёные глаза, что их цвет хорошо различался в полумраке гримёрки. Оба носили очки, но у высокого они были прямоугольные ― и подчеркивали остроту скул, углы плеч и другие ломаные линии. Невысокий предпочитал круглую оправу, которая в точности повторяла очертания локонов и узоров на его свитере.
– Это же…
– Пол Мэллиндер из Unsound Records, ― закончил за него высокий товарищ. ― И он пришёл по поводу песни.
– Да он там даже не нужен, мистер Мэллиндер, ― сказал невысокий клавишник. ― Мы готовы убрать его прямо сейчас.
– Господи!.. ― простонал Пол. ― Что вы готовы убрать? Причём тут сингл? Я ничего не…
– Что ты кричишь на детей? ― проворчал подошедший к ним Гарри и мягко улыбнулся клавишникам: ― Не пугайтесь, ребята, Пол у нас ― отличный парень. Просто немного замотался…
– Он злится, и вполне справедливо, ― сказал кудрявый музыкант. ― Мы же взяли фрагмент из первого альбома Джона Ли для нашей песни. Мистер Мэллиндер, мы правда не собирались на этом зарабатывать! Просто он звучал… Ну, уместно.
Пол хлопнул себя ладонью по лбу, а Гарри ― расхохотался так, что в гримёрку сунулся недовольный охранник и попросил их быть потише.
– Святый боже, Пол… ― пробормотал Гарри, не в силах нормально вздохнуть. ― Они думают, что мы пришли по поводу авторских прав…
– А вы нет? ― воодушевились клавишники.
– Нет, ― ответил Гарри. ― Нам действительно понравилась ваша песня.
Высокий с облегчением выдохнул ― видимо, идея взять фрагмент принадлежала ему. А вот второй, старательно отбивавший друга, наоборот, напрягся и нервно посмотрел на часы.
– В чём дело? ― спросил Пол. ― Вы куда-то торопитесь?
– Ну да… ― застенчивый клавишник дёрнул плечом, из-за чего его кудри подпрыгнули. ― Нам завтра на работу, и мы боимся опоздать на поезд.
– Тогда не смею задерживать, ― Пол сунул руку в карман пиджака, пытаясь найти там визитку. ― И предлагаю поговорить в более комфортной обстановке. Скажем, в субботу, в двенадцать часов на нашей территории, ― он, наконец, вынул бумажный прямоугольник и протянул его высокому музыканту. ― Удобно?
– Конечно! ― закивал клавишник.
– По субботам банки не работают, ― согласился с ним его невысокий товарищ.
– Тогда милости просим, ― улыбнулся Пол. И добавил, понизив голос: ― Приходите вдвоём.
Высокого клавишника звали Эдди. Он был худощавым, немного неловким, говорил отрывисто ― и всех сверлил взглядом стальных глаз. Невысокий представлялся как «Стюарт» и торопливо добавлял «Можно просто Стю». Он двигался плавно, говорил тихо и умирал от смущения каждый раз, когда к нему кто-то обращался.
Лесли с интересом наблюдал за ними из кресла. Впечатления были странными: с одной стороны, Эдди и Стюарт казались ему немного провинциальными и чертовски неуверенными в себе. Однако он слышал их песню― бесхитростную, но талантливую. И потому не сомневался: если эти двое уволятся из банка и посвятят всё своё время музыке, то Unsound Records получит весьма способных композиторов.
Все шестеро сидели в гостиной, где обсуждалось возможное сотрудничество. Пол озвучил очередное условие, и Лесли увидел, как один клавишник изумлённо посмотрел на второго, словно друг был его тест-системой реальности.
«Любопытная парочка, ― подумал Лесли. ― Их отношения похожи не на дружбу, как у Пола с Гарри, а уже на какой-то симбиоз».
– Мистер Мэллиндер, – сказал Эдди, потирая джинсовые колени. – В тот вечер мы чуть не умерли от счастья, но… Мы же не можем вот так взять и разрушить группу? Гарет и Люк играют с нами уже несколько лет…
– Да, я понимаю, ― кивнул Пол. ― Дружба ― это важно…
– Только ваши гитаристы ― это балласт, ― безжалостно сказал Кристиан. ― Не поют, не пишут песен и играют из рук вон плохо.
Лесли ценил в Кристиане прямоту, но для юных клавишников она оказалась слишком суровым испытанием. Стюарт понуро опустил голову, и тяжёлые кудри закрыли его лицо. Эдди, наоборот, в ужасе уставился на инженера ― а на его лице тем временем зарозовели неровные пятна.
