постоянно попрекают в том, что они, будто бы, ностальгируют по утраченной ими

колбасе стоимостью в 2.20. Между тем, повторюсь, сами эти идеологи, когда

агитировали за независимость, в качестве главного аргумента выдвигали именно

«колбасу»…

Добьются же они только того, что на Украине в конце концов государственным

языком будет принят «суржик», перемешанный с новейшим жаргоном «крутых»

бизнесменов, а вместо русской и украинской культуры — воцарится доллар.

Я нисколько не сомневаюсь, что рано или поздно «колбасный вопрос» будет на

Украине благополучно решен. Тем более что каждому в этом мире воздается по его

вере, — и стоит только уверовать в «колбасу», поставив ее для себя превыше всего,

как сытость и довольство не заставят себя ждать. Так что недолго, в общем, осталось

ожидать того часа, когда Украина, решив «колбасный вопрос», пополнит собою ряды

европейских провинций, формально именуемых государствами, которым кроме сытости

своих граждан, гордиться более нечем.

Без великой культуры мы будем в мире ничто. И никакая государственность нам тут

помочь не сможет. Явившись в Европу с культурным багажом, состоящим в основном

из бывших «социалистических реализмов» в нынешней националистической упаковке,

мы мигом этот свой потенциал «растеряем». Нас перестанут узнавать и замечать, ибо

«из всех искусств» — мы имеем приоритет разве что в искусстве приготовления

украинского борща…

Правда, своими потугами на ниве государственного строительства мы сможем с

успехом поставлять курьезы на мировой стол любителей забавного… Кроме того, наше

слово «самостийнисть» наверняка войдет во все словари и всякому жителю планеты

будет понятно без перевода, как понятны без перевода русские слова «спутник» или

«колхоз».

Глава 4.

Даешь историческую справедливость!

«Он одет в рубаху с шитьем, какое носил гетман Полуботок, и мечтает об освобождении

Малороссии из-под русского ига; кто равнодушен к его шитью и мечтам, того он

третирует, как рутинера и пошляка».

А.П. Чехов, «Именины», вариант журнала «Северный вестник»

1

Покладистая история

Обоснованием и универсальным оправданием всех нынешних и будущих деяний

наших властителей служит миф о попранной в отношении Украины исторической

справедливости и о необходимости любой ценой эту справедливость восстановить.

Заниматься опровержением исторических «открытий» украинских самостийников —

дело в высшей степени неблагодарное — из-за крайней фантастичности и

смехотворности этих «открытий». Данное обстоятельство является, кстати сказать,

одной из главных причин живучести самостийнической интерпретации русской истории.

Еще одной важной причиной «неопровержимости» самостийнических теорий всегда

было то, что они, как правило, являлись на всеобщее обозрение как раз в такие

моменты, когда было совершенно не до них. Ведь «украинская идея» — отнюдь не из

тех идей, которые самостоятельно развиваются и проявляются в период наивысшего

своего развития, независимо от политической обстановки. Украинские сепаратистские

устремления обнаруживаются всякий раз, когда с Россией происходят глобальные

катастрофы. Это больше похоже на некую сопутствующую болезнь, свойственную

русскому национальному организму и подстерегающую его в неблагополучные для него

времена.

Так было после 1917 года, когда украинский сепаратизм впервые предстал перед

русским обществом во всей красе, однако те интеллектуальные силы, которые могли

должным образом ему противостоять, оказались либо разгромлены большевиками,

либо были направлены в сторону главной опасности — большевизма. Нечто подобное

происходит и в послеперестроечную эпоху, когда речь снова идет о спасении России, и

Россия слишком занята собой и отражением посягательств на ее территорию, чтобы

обращать внимание еще и на оккупацию украинскими самостийниками части ее

истории. Между тем, не встретив надлежащего отпора своим смехотворным теориям,

самостийники не замедлили логические выводы из этих теорий воплотить в жизнь:

дождавшись удобного случая, они добились отделения Украины.

Перечисленные благоприятные обстоятельства позволили в наши дни

самостийнической интерпретации отечественной истории потихоньку закрепиться в

качестве единственной и безальтернативной — на той части русской земли, в которой

некогда зародилась русская государственность и которая сегодня фигурирует на

международной арене в качестве независимого государства под названием Украина.

Перейти на страницу:

Похожие книги