Удалась она как нельзя лучше. Полк почти не имел потерь, зато противнику туго пришлось. Никак не могли сообразить фашисты, откуда вдруг из неприступного леса навалилась на них такая сила. Мы взяли тогда немало пленных и трофеев…
«…Красноармейцы и командиры высказывают восхищение противотанковым ружьём. Чтобы овладеть им, потребовалось несколько часов. В танк можно стрелять со значительного расстояния, укрывшись в безопасное место».
«На нашем участке фронта противник ведёт беспрерывные контратаки большими силами танков. Воины нашего соединения в этих боях за последние 10 дней подбили около двухсот танков, около половины из них подбито бронебойщиками, вооружёнными противотанковым ружьём Вашей конструкции».
Подобных похвальных отзывов о ружье прославленного изобретателя и конструктора В. А. Дегтярёва можно привести множество.
Бронебойщики считали, что против фашистских танков нет оружия грознее противотанкового ружья. Да что бронебойщики! И пехотинцы под их защитой чувствовали себя как за каменной стеной. Разбуди любого фронтовика, только-только заснувшего после трёхсуточного бодрствования, и попроси расшифровать четыре согласные — ПТРД, он без запинки отчеканит — «противотанковое ружье Дегтярёва»…
В 1942 году на одном из участков Брянского фронта с ружьями стало твориться что-то неладное. Словно эпидемия охватила это безотказное простое оружие. Порой оно отказывалось стрелять в самые критические минуты, когда неумолимо надвигалась вражеская стальная махина. Вдруг ни с того ни с сего заклинивалась гильза в патроннике, и сколько бы ни старался бронебойщик, открыть затвор не мог. Тогда в спешке он ударял по рукоятке затвора первым попавшимся твёрдым предметом. Не помогало и это. Заканчивалось тем, что из-за столь неделикатного обращения рукоятка отламывалась, а ружье годилось лишь для рукопашной схватки, да и то в руках человека, обладавшего недюжинной силой.
Причину дефекта выяснили быстро. Боевой выступ затвора заклинивало в уступах ствольной коробки так, что без больших усилий их не разъединить.
А вот почему заедало — специалисты фронта определить не могли. То ли конструктор дал слишком большие допуски на размеры деталей столь тонкого свойства, то ли виной производственный просчёт, то ли ещё что, но часть ружей утрачивала боеспособность. Их следовало обнаружить, собрать и постараться как можно быстрее возвратить в строй.
Как это сделать, предстояло решить прибывшей с завода на Брянский фронт бригаде конструкторов и технологов, которую возглавлял, генеральный конструктор В. А. Дегтярёв. Проверив калибрами размеры и сравнив их с чертежами, они выявили, какие ружья нужно отправить на завод для исправления. Получилось немало.
Правда, ремонт требовался совсем пустяковый: в ствольной коробке самую малость закруглить угол скоса уступа. На заводе выполнить такую операцию проще простого — там специальные станки имеются. Да только путь до завода и обратно займёт несколько дней. А на переднем крае без ружей даже часа не обойтись. И без того скудные складские резервы основательно поредели после проверки.
Артиллеристы-ремонтники, хорошо осведомлённые о сложившейся ситуации, начали ломать голову, как выйти из создавшегося положения. На первый взгляд казалось, что станочное оборудование фронтовых мастерских не поможет.
Однако все-таки нашёлся умелец — помнится, мастер токарного дела, старший сержант… Фамилию, к сожалению, память не сохранила. Назовём его Красавиным.
Скрупулезно рассматривал Красавин чертёж ствольной коробки, мысленно стараясь прикинуть, как лучше подобраться к месту, где снять совсем небольшой слой металла, чтобы вернуть ружьям боеспособность. Вначале обдумал приспособление для закрепления в патроне токарного станка ствольной коробки, потом приступил к самой сложной части замысла — какими замысловатыми и точными движениями резца достигнуть уступов и придать им нужную форму.