| Widows could never chatter vivaciously or laugh aloud. | Вдова ни в коем случае не должна оживленно болтать или громко смеяться. |
| Even when they smiled, it must be a sad, tragic smile. | Она может позволить себе улыбнуться, но лишь печальной, трагической улыбкой. |
| And, most dreadful of all, they could in no way indicate an interest in the company of gentlemen. | И что ужаснее всего, вдова не может проявлять ни малейшего интереса к обществу мужчин. |
| And should a gentleman be so ill bred as to indicate an interest in her, she must freeze him with a dignified but well-chosen reference to her dead husband. | А если кто-нибудь из джентльменов окажется столь невоспитан, что проявит к ней интерес, с достоинством по месту упомянутое имя покойного супруга должно немедленно превратить наглеца я соляной столб. |
| Oh, yes, thought Scarlett, drearily, some widows do remarry eventually, when they are old and stringy. Though Heaven knows how they manage it, with their neighbors watching. | "Конечно, - мрачно думала Скарлетт, - бывает все же, что вдовы выходят замуж вторично - чаще всего уже превратившись в жилистых старух, но одному только богу известно, как им это удается под неусыпным оком добрых соседей. |
| And then it's generally to some desperate old widower with a large plantation and a dozen children. | И притом на них свалится обычно какой-нибудь доведенный до отчаяния вдовец с большой плантацией и дюжиной ребятишек". |
| Marriage was bad enough, but to be widowed-oh, then life was over forever! | Брак сам по себе был достаточно тяжким испытанием, во вдовство означало, что жизнь кончена навсегда! |
| How stupid people were when they talked about what a comfort little Wade Hampton must be to her, now that Charles was gone. | Как глупо рассуждают те, кто говорит, что маленький Уэйд Хэмптон должен служить для нее огромным утешением теперь, когда Чарльза не стало. |
| How stupid of them to say that now she had something to live for! | Как нелепо их утверждение, что у нее появилась цель жизни! |
| Everyone talked about how sweet it was that she had this posthumous token of her love and she naturally did not disabuse their minds. | Все в один голос кричат, как это прекрасно, что он оставил ей залог своей любви. Она, конечно, не пытается поколебать их иллюзий. |
| But that thought was farthest from her mind. | Но сколь же все они далеки от истины! |
| She had very little interest in Wade and sometimes it was difficult to remember that he was actually hers. | Уэйд меньше всего занимает ее мысли, и порой они даже с трудом вспоминает о том, что он - ее сын. |
| Every morning she woke up and for a drowsy moment she was Scarlett O'Hara again and the sun was bright in the magnolia outside her window and the mockers were singing and the sweet smell of frying bacon was stealing to her nostrils. | Каждое утро в полудреме, предшествующей пробуждению, она снова была прежней Скарлетт О'Хара, и солнце играло в зелени магнолии за ее окном, и пересмешники свиристели, и аппетитный запах жареной грудинки щекотал ей ноздри. |
| She was carefree and young again. | И она снова была молода и беззаботна. |
| Then she heard the fretful hungry wail and always-always there was a startled moment when she thought: | А потом раздавался жалобный крик крошечного проголодавшегося существа, и всякий раз в первый миг было только удивление, и мелькала мысль: |
| "Why, there's a baby in the house!" | "Что это - у нас в доме ребенок?" |
