| But how can a man ask a girl to marry him when his darkies are all freed and his stock gone and he hasn't got a cent in his pockets?" | Но как может мужчина сделать предложение девушке, когда всех его негров отпустили да свободу, имение разорили и у него нет ни цента в кармане? |
| "You know that wouldn't bother Dimity," said Scarlett. | - Вы знаете, что это нисколько не волнует Димити, - сказала Скарлетт. |
| She could afford to be loyal to Dimity and say nice things about her, for Alex Fontaine had never been one of her own beaux. | Она могла отдавать должное Димити и хорошо о ней отзываться, так как Алекс Фонтейн никогда не принадлежал к числу ее поклонников. |
| "Hell's afire-Well, I beg your pardon again. | - Да чтоб мне сгореть... Ох, еще раз прошу прощенья, Скарлетт. |
| I'll have to quit swearing or Grandma will sure tan my hide. | Надо мне отвыкнуть от этой привычки, не то бабуля шкуру с меня сдерет. |
| I'm not asking any girl to marry a pauper. | Но не могу же я предложить девушке выйти замуж за нищего. |
| It mightn't bother her but it would bother me." | Может быть, ее это и не волнует, но это волнует меня. |
| While Scarlett talked to the boys on the front porch, Melanie, Suellen and Carreen slipped silently into the house as soon as they heard the news of the surrender. After the boys had gone, cutting across the back fields of Tara toward home, Scarlett went inside and heard the girls sobbing together on the sofa in Ellen's little office. | Пока Скарлетт беседовала с братьями Фонтейнами на переднем крыльце, Мелани, Сьюлин и Кэррин, услышав о капитуляции армии конфедератов, тихонько проскользнули в дом, и когда Фонтейны прямо через поля за домом направились к себе в Мимозу, Скарлетт вошла в холл и услышала рыдания - все трое плакали, сидя на софе в маленьком кабинетике Эллин. |
| It was all over, the bright beautiful dream they had loved and hoped for, the Cause which had taken their friends, lovers, husbands and beggared their families. | Итак, все было кончено, погибла прекрасная сияющая мечта, погибло Правое Дело, которым они жили, которому отдали своих друзей, мужей, возлюбленных. И свои семейные очаги - на разорение. |
| The Cause they had thought could never fall had fallen forever. | Права Юга, казавшиеся им незыблемыми на веки веков, теперь стали пустым звуком. |
| But for Scarlett, there were no tears. | Но Скарлетт не проливала слез. |
| In the first moment when she heard the news she thought: Thank God! | Когда она узнала про капитуляцию, первой ее мыслью было: "Слава тебе господи! |
| Now the cow won't be stolen. | Теперь уж никто не заберет корову. |
| Now the horse is safe. | И лошадь тоже. |
| Now we can take the silver out of the well and everybody can have a knife and fork. | Теперь можно достать серебро из колодца, и каждый будет есть вилкой и ножом. |
| Now I won't be afraid to drive round the country looking for something to eat. | Теперь я без боязни могу объехать всю округу и поискать, где можно раздобыть чего-нибудь съестного". |
| What a relief! | Как гора с плеч! |
| Never again would she start in fear at the sound of hooves. | Не вздрагивать больше от испуга, заслышав стук копыт! |
