Люди, которые прежде его не любили, теперь улыбались, завидев в седле с маленькой дочкой. Женщины, ранее считавшие, что рядом с таким мужчиной ни одна из них не может чувствовать себя спокойно, стали останавливаться на улице и заговаривать с ним, выражая свое восхищение Бонни. Даже самые строгие дамы в возрасте признавали, что мужчина, с которым можно обсудить болезни и проблемы воспитания детей, не совсем безнадежен.
На день рождения Эшли Мелани решила преподнести мужу сюрприз. О сюрпризе все знали заранее, исключая, разумеется, самого виновника торжества. Знали даже Уэйд и маленький Бо и поклялись молчать, гордые тем, что взрослые оказали им столь высокое доверие. На торжество были приглашены все милые и добропорядочные граждане Атланты. Генерал Гордон и его семья с благодарностью приняли приглашение, Александр Стивенс тоже обещал прийти, если позволит здоровье, ожидалось даже прибытие Боба Тумбса, буревестника Конфедерации.
С утра Скарлетт вместе с Мелани, Индией и тетей Полли носились по невзрачному дому, не переставая давать указания неграм, которые вешали новые занавески, чистили столовое серебро, натирали полы и готовили угощения. Такой возбужденной и радостной Скарлетт давно не видела Мелани.
– Понимаешь, дорогая, – сказала ей Мелани, – Эшли, если ты помнишь, не отмечал свой день рождения с того дня, когда мы все собрались в «Двенадцати дубах». В тот день как раз мистер Линкольн обратился с воззванием о наборе волонтеров в армию. И с тех пор мы ни разу не отмечали день его рождения. А он так много работает и вечно устает. Я уверена, что вечером он явится, забыв о том, какой сегодня день. И даже не удивится, когда после ужина станут съезжаться гости.
– А как же вы собираетесь вешать на лужайке фонарики? – проворчал Арчи. – Мистер Уилкс уж точно их заметит, возвратясь с работы.
Арчи все утро с интересом наблюдал за суетой и приготовлениями, не желая никому признаваться в этом. Он еще ни разу не видел, как городские отмечают дни рождения, и необычайное оживление было ему в диковинку. Арчи отпускал критические замечания по поводу того, что женщины из-за какой-то вечеринки носятся как на пожаре, но убираться со двора не желал ни в какую. Фонарики из цветной бумаги, которые для этого случая сделали и раскрасили миссис Элсинг и Фанни, особенно заинтересовали Арчи, никогда не видевшего «таких чудных штук». Они были спрятаны в его подвале, и он поминутно спускался туда, чтобы лишний раз их рассмотреть.
– И впрямь! Я не подумала об этом! – воскликнула Мелани. – Арчи, какой ты молодец, что подсказал. Господи, господи! Что же делать? Их надо развесить на кустах и на деревьях и вставить в них маленькие свечки, а зажечь потом, когда начнут собираться гости. Скарлетт, ты не могла бы попросить Порка, чтобы он зажег их, как только мы сядем за стол?
– Миссис Уилкс, мозгов у вас больше, чем у иных женщин, вот только любите вы суетиться из-за ерунды, – продолжал ворчать Арчи. – Что до этого черного дурака, Порка, то к этим штуковинам его нельзя подпускать и близко. Того и гляди устроит пожар. Они красивые, ничего не скажешь. Я сам развешу их для вас, пока вы с мистером Уилксом будете кушать.
– О Арчи, как это мило с твоей стороны! – Мелани подняла на него по-детски простодушный взгляд, полный благодарности и доверия. – Даже не знаю, что бы я без тебя делала! Ты считаешь, что лучше сейчас вставить свечи, тогда одним делом будет меньше?
– Пожалуй, – не очень вежливо ответил Арчи и заковылял в сторону лестницы, ведущей в подвал.
– А я все не знала, как подъехать к нему, – хитро улыбнулась Мелани, когда старик, тряся бакенбардами, спустился к себе. – Я давно хотела предложить, чтобы Арчи развесил фонарики, только все не решалась. Попросишь прямо – он ни за что не согласится. Теперь хотя бы на время скроется. Негры так его боятся, что ничего не могут делать, когда он поблизости, стоит у них над душой.
– Мелли, я бы не потерпела этого головореза в своем доме, – сердито заметила Скарлетт. Она ненавидела Арчи так же сильно, как он ненавидел ее, и они почти не разговаривали. Дом Мелани был единственным, который он не покидал при ее появлении. И даже в доме Мелани он смотрел на нее с недоверием и холодным презрением. – Он принесет тебе несчастья, попомни мои слова.
– Да он совершенно безвредный, если ему польстить и делать вид, что без него не обойтись, – возразила Мелани. – И потом Арчи так привязан к Эшли и Бо, что я всегда спокойна, когда он поблизости.
– Ты, Мелли, хочешь сказать, что он очень привязан к тебе, – вступила в разговор Индия, и на ее холодном лице мелькнула слабая улыбка, когда она взглянула на невестку. – Мне кажется, ты первая женщина, к которой старый грубиян питает симпатию, после… после своей жены. Мне даже кажется, он ждет не дождется, чтобы кто-то оскорбил тебя, и тогда он убьет обидчика, чтобы доказать, как сильно уважает тебя.
– О боже! Ну ты, Индия, придумала! – покраснела Мелани. – Он принимает меня за простушку, сама знаешь.
