| "Ah, darling," she said coming forward, hoping he would put out his arms and draw her to his knees. | - Ах, любимый, - сказала она и шагнула к нему в надежде, что он сейчас раскроет ей объятия и привлечет к себе на колени. |
| "Darling, I'm so sorry but I'll make it all up to you! | - Любимый мой, мне очень жаль, что так получилось, но я постараюсь все возместить вам сторицей. |
| We can be so happy, now that we know the truth and--Rhett--look at me, Rhett! | Теперь мы можем быть так счастливы, когда знаем правду. И... Ретт... посмотрите на меня, Ретт! |
| There--there can be other babies--not like Bonnie but--" | Ведь... ведь у нас же могут быть другие дети... ну, может, не такие, как Бонни, но... |
| "Thank you, no," said Rhett, as if he were refusing a piece of bread. | - Нет уж, благодарю вас, - сказал Ретт, словно отказываясь от протянутого ему куска хлеба. |
| "I'll not risk my heart a third time." | - Я в третий раз своим сердцем рисковать не хочу. |
| "Rhett, don't say such things! | - Ретт, не надо так говорить. |
| Oh, what can I say to make you understand? | Ну, что мне вам сказать, чтобы вы поняли. |
| I've told you how sorry I am--" | Я ведь уже говорила, что мне очень жаль и что я... |
| "My darling, you're such a child. You think that by saying, 'I'm sorry,' all the errors and hurts of years past can be remedied, obliterated from the mind, all the poison drawn from old wounds. . . . Take my handkerchief, Scarlett. | - Дорогая моя, вы такое дитя... Вам кажется, что если вы сказали: "мне очень жаль", все ошибки и вся боль прошедших лет могут быть перечеркнуты, стерты из памяти, что из старых ран уйдет весь яд... Возьмите мой платок, Скарлетт. |
| Never, at any crisis of your life, have I known you to have a handkerchief." | Сколько я вас знаю, никогда в тяжелые минуты жизни у вас не бывает носового платка. |
| She took the handkerchief, blew her nose and sat down. | Она взяла у него платок, высморкалась и села. |
| It was obvious that he was not going to take her in his arms. | Было совершенно ясно, что он не раскроет ей объятий. |
| It was beginning to be obvious that all his talk about loving her meant nothing. | И становилось ясно, что все эти его разговоры о любви ни к чему не ведут. |
| It was a tale of a time long past, and he was looking at it as though it had never happened to him. | Это был рассказ о временах давно прошедших, и смотрел он на все это как бы со стороны. |
| And that was frightening. | Вот что было страшно. |
| He looked at her in an almost kindly way, speculation in his eyes. | Он поглядел на нее задумчиво, чуть ли не добрыми глазами. |
| "How old are you, my dear? | - Сколько лет вам, дорогая моя? |
| You never would tell me." | Вы никогда мне этого не говорили. |
| "Twenty-eight," she answered dully, muffled in the handkerchief. | - Двадцать восемь, - глухо ответила она в платок. |
| "That's not a vast age. | - Это еще не так много. |
