«Тязь, тязь, тязь», – словно живые, повторили горы.
– Как? – спросил Никита.
«Как? Как? Как?» – задали вопрос духи гор.
Великан подошел к голове, наклонился, приподнял изваяние.
– Это меч людей неба. Я долгие годы хранил его. Он будет подвластен твоим рукам. Ты знаешь, что с ним делать. Возьми его!
«Го, го, го», – передразнило эхо.
Жиховин подошел, взял лежащий в углублении сундучок, отошел в сторону. Святогор опустил каменную голову. Никита присел, открыл крышку, на которой были начертаны те же иероглифы, что и на черном каменном кубе Доброги. В сундуке лежало нечто, не похожее на меч. Предмет больше напоминал пульт от телевизора.
– Это усовершенствованный экс-бластер. Я такого не видел.
«Видел, видел, видел», – опровергло его слова эхо.
– Что-о? – удивленно спросил Олег.
«Что? Что? Что?» – удивленно переспросили горные духи.
– Мощное оружие среднего и ближнего боя.
– Альберт Венедиктович, энергоблока этого оружия вполне хватит для того, чтобы вернуть вас обратно, – сказал Никита, когда отряд, распрощавшись со Святогором, спустился с гор на бескрайнюю холмистую равнину.
– Об этом не может быть и речи, у нас есть дела поважнее, чем мое возвращение обратно.
– Спасибо, профессор, я предполагал, что вы так ответите, но был обязан спросить вас об этом.
Никита хотел сказать что-то еще, но его перебил Олег:
– Командир, кажется, у нас опять проблемы. Посмотри назад.
Никита оглянулся. Со стороны гор скакал отряд всадников во главе с рыжебородым предводителем разбойников.
– Ты посмотри, так это же старые знакомые, никак не угомонятся.
Дружина вынул меч:
– Надо было их всех живота лишить.
До боя не дошло. Рыжебородый что-то прокричал подчиненным, махнул рукой и стал заворачивать коня вправо, увлекая остальных разбойников.
– Повезло им, а то бы с экс-бластера твоего так жахнули, что мало бы не показалось, – сказал Олег.
– Бластер нам необходим для других целей, а с этими разбойниками мы бы и так справились. Что их напугало?
Все посмотрели в сторону, куда махал разбойник. Причиной бегства грабителей оказался другой, более многочисленный отряд всадников. По мере приближения отряд разделился на два. Один направился к путникам, другой пустился преследовать разбойников. Неизвестные всадники пустили стрелы, трое сраженных ими грабителей упали с коней.
– Неплохо стреляют мужики, – похвалил спасителей Воронов.
– Олег, то бабы, – поправил Дружина.
Олег пригляделся к всадникам. Ими действительно оказались представительницы прекрасного пола, вооруженные луками, копьями, щитами и похожими на скифские акинаки мечами.
– Да-а, нашим топ-моделям до них далеко, – произнес Воронов, оценивая взглядом стройных, жилистых, словно инструкторши по фитнесу, но не лишенных женственности девушек, среди которых были и настоящие атлетки-богатырши, способные на равных помериться силой даже с Дружиной. Одна из них, чернобровая красавица с зелеными глазами и распущенными каштановыми волосами, отличалась от других гордой осанкой. Голову ее украшал убор, напоминавший одновременно корону и шлем. Опережая остальных, она подъехала к путникам.
– Кто вы и почему вас преследовали эти негодяи?!
Олег поймал себя на мысли, что язык, на котором говорит девушка, понятен ему и всем остальным членам их команды.
– А кто вы? – спросил Дружина.
Предводительница женского воинства кивнула одной из телохранительниц:
– Атея, объясни ему.
Крепко сложенная, русоволосая, кареглазая девушка выехала вперед, грозно произнесла:
– Ты невежа, как и все мужи. Склонись! Пред тобой царица дев-воительниц – Роксолана! И если ты посмеешь оскорбить ее непочтением, то будешь иметь дело со мной!
– Я рад был бы иметь дело с такой красавицей, но в другой раз, а сейчас позволь мне…
Амазонка схватилась за меч:
– Ты хочешь оскорбить меня!
Роксолана остановила девушку:
– Постой, Атея!
– Позволь мне, – продолжил Дружина, – поприветствовать великую и славную царицу храбрых дев-воительниц Роксолану и просить ее о помощи.
Богатырь, не слезая с коня, приложил руку к сердцу и склонился в поклоне, что сделали и его друзья.
– О какой помощи ты просишь?
Дружине в который раз пришлось рассказывать о произошедших на севере событиях и цели их миссии.
– Неужели ваши мужчины стали столь слабы, что не могут защитить женщин, а ищут помощи у дев-воительниц? Зачем нужны мужчины, если они трусливы, как шакалы? Для продолжения человеческого рода?!
– Да! Да! Да! – словно эхо разнеслось в рядах женщин-воинов.
Дружина насупился:
– Если бы ты была мужем, я бы научил тебя вежливости.
– Однако я был прав – с дипломатией у нашего друга слабовато, – тихо промолвил Олег.
– Что ж, если ты так силен, попробуй одолеть Атею. Мне же с простым воином бороться не пристало. Если одолеешь ее, будет вам помощь, а не одолеешь, ночь в нашем стане проведете, чтобы род дев-воительниц продлить. Наутро же отправитесь восвояси без помощи, без чести.
Олег легонько ткнул Кашинского локтем в бок:
– Профессор, а они нас после этого в расход не пустят, как «черная вдова» своего паучка после спаривания?
Дружина спрыгнул с коня, отстегнул меч, бросил его на землю, то же проделала Атея.
