В арьергарде войска следовали обоз и дружина, собранная из охотников всех племен и народов. В этой дружине ехал и Никита с товарищами. Размеренный ход коня на короткое время укачал его. Веки сами по себе закрылись, перед глазами возник туман, из которого вышла Любомила, в белой рубахе, с распущенными льняными волосами, и, протягивая руки, произнесла: «Никита! Никита, любый мой! Помоги мне!» Голос Любомилы изменился, стал похожим на голос Доброги. Не только голос, но и сам образ возлюбленной менялся, приобретая расплывчатые неясные черты: «Помоги мне, Никита! Я – Земля! Ты должен выполнить свое задание!» Голос снова стал меняться. Образ прояснился. Теперь перед ним стоял начальник отдела Службы Безопасности Времени – Бойко.
«Ты должен выполнить задание, лейтенант Жиховин, – сказал он ровным, спокойным голосом, но тут же перешел на крик, произнося слова с явным рикколлийским акцентом: – Но у тебя ничего не выйдет, ты проиграешь снова!»
Глаза Бойко вытянулись и сузились, зрачки стали красными. Начальник отдела демонически засмеялся, стал стремительно превращаться в Хкош-ин-ин-мэя, в руках которого извивалась, пытаясь вырваться, Любомила. Никита бросился к рикколлийцу, пытаясь освободить возлюбленную. Земля под ногами провалилась, и он оказался падающим в необъятные глубины космоса.
Жиховин вздрогнул и проснулся. Утерев тыльной стороной ладони бисеринки пота на лбу, он огляделся, словно пытался отыскать взглядом ту, с кем его разлучили злые силы.
– Ты чего, Никита? Никак задремал? А я гляжу, ты с коня падать начал, – сказал ехавший с ним бок о бок Олег. – Скучно едем, потому ты и задремал. Походных песен, я так понимаю, здесь не поют. Хоть бы ты чего рассказал. Я по молодости любил фантастику читать, но одно дело, когда придумано, а другое, когда, так сказать, из первых уст, да и больно хочется узнать, что там впереди. Ну, расскажи, Никита, слышь, как другу.
– Ох уж, Воронов. Легче промолчать под пытками криландских пиратов, чем под давлением твоих постоянных и надоедливых расспросов.
– В этом ты прав, так что лучше тебе не сопротивляться. Кстати, о каких это пиратах ты говорил? Разве в ваше время не покончили с преступностью?
– Преступность сократилась до минимума, да и то это больше мелкие, чисто человеческие проступки, и составляют они один процент от того, что было в ваше время. Все началось с простых камер наблюдения, количество которых быстро увеличивалось. Затем были созданы С-1 – летающие и передающие камеры, сопровождающие человека всю его сознательную жизнь и в случае совершения им правонарушения сообщавшие о проступке в центральный пост полиции, которая принимала соответствующие меры. Позднее появились индивидуальные защитные поля, оберегающие человека в случае агрессии со стороны, используемые и ныне в Вооруженных Силах, вкупе с доспехами из особо прочных материалов. В дальнейшем подключилась генетика, и у человека в детстве приглушали склонность к излишней агрессии, ну и, само собой, воспитание и всеобщий достаток привели к таким результатам.
– Откуда же пираты?
– Преступность исчезла не сразу. На некоторых колонизированных планетах преступные элементы пришли к власти, но под натиском Объединенных Военных Сил Земли и Сил Порядка они вынуждены были скрыться в дальних уголках Галактики, в том числе и на многочисленных мелких планетах Криландской системы, где соединились с криландскими нарушителями закона. Это привело к созданию мощного объединения преступных сил, разоряющих малочисленные колонии и грабящих торговые и пассажирские корабли на космических путях. В конце концов и криландцам и землянам это надоело, и мы объявили пиратам настоящую войну. В течение пяти земных лет мы очистили от них всю Галактику, и вовремя. Вскоре началась Первая рикколлийская война, в которой пираты могли бы принять сторону рикколлийцев, и тогда бы нам пришлось сражаться на два фронта.
– Да-а, складно рассказываешь, Никита, прямо как в книгах. А что ты говорил про пытки у пиратов? Ты что, был у них в плену?
– Давай не будем про…
К ним подъехал бородатый воин из дружины княжинцев.
– Никита! Радегаст вас кличет. К реке подошли. Далее половина войска сушей пойдет, а половина на ладьях и кораблях варяжских, Рюриком приведенных. Вроде бы и вас Радегаст с варягом послать водою хочет.
– Слышь, Никита, не пойму я, чего мы идем на войну? Ты же волшебным мечом можешь войско Кощеево разогнать, – вдруг спросил Олег.
– Я такой же смертный, как и вы, и простая случайность может провалить операцию. И еще, Олег, запомни, каждый должен делать свое дело, – глубокомысленно ответил Жиховин и, обернувшись, крикнул: – Профессор! Дружина! Лешко! Езжайте за нами.
– И все же я не пойму, почему он до сих пор не взорвал Землю?
– Я тебе все объяснил при первой нашей встрече. Ведь ты и сам успокаивал меня по этому поводу. Не взорвал, значит, не может. Если бы ему посчастливилось провести корабль целым и невредимым через временное пространство, то все было бы по-иному, а сейчас мы имеем то, что имеем.
