— Джина очень много сделала для людей. Может, сначала ей и не нравилась эта работа, но она научилась вкладывать в неё душу.
— А мне достался Университет языков, — Ниа пыталась сказать о том, что не давало ей покоя с той секунды, когда она увидела Джину. — Я сначала не расслышала, что сказал профессор Веспер, и пошла к нему спросить. И он… Я никому об этом не говорила… Когда он получил направление в отдел гуманитарной помощи, он решил послать туда меня. А потом пришло письмо из Университета… Он не заставлял меня, он предложил мне выбрать. Единственной предложил выбрать!.. И я выбрала… Я не знала, если бы я знала… На месте Джины должна была быть я!
— Ниа, каждый человек находится там, где должен.
Она покачала головой.
— Давайте спать. Сегодня был трудный день, а завтра нам рано вставать. Я постелю вам на кровати, а сам лягу на диван.
— Нет, я лягу на диван! — запротестовала девушка.
— Но вы моя гостья…
— Нет, пожалуйста!
— Хорошо, идите в душ, а я пока всё приготовлю.
В смежных с кабинетом комнатах были спальня, кухня и ванная. Ниа достала ночную рубашку, халат, тапочки — знала ведь, что пригодятся. Когда она вышла из ванной, её уже ждала постель и чай с мятой и лимоном.
Она думала, что не сможет заснуть, но не успела лечь, как зазвонил будильник. Ниа подняла голову, и увидела рядом доктора Залюбера.
— Доброе утро, — улыбнулся Отто. — Завтрак на столе.
Девушка сходила в ванную, переоделась, выпила кофе с булочкой и стала ждать доктора, которого вызвали к больному. Он пришёл через несколько минут, скинул белый халат и надел своё потрёпанное пальто.
— Вы готовы?
Он не сказал, что случилось с тем больным, а Ниа не спросила.
На улице шёл дождь. Когда они приехали на вокзал, поезд уже стоял на платформе.
— Давайте попрощаемся здесь, — сказала Ниа.
— Спасибо вам за всё, что вы сделали!
— И вам. Я напишу. Надеюсь, новости будут хорошие.
— Да, хорошие новости нам сейчас очень нужны.
Они обнялись. Ниа пошла к поезду, а доктор — назад к трамвайной остановке.
Показав проводнице билет и пропуск, Ниа забралась в вагон. В купе она теперь была единственным пассажиром.
Вглядываясь в темноту вокзала, она подумала, что в любом случае съездила сюда не зря. Ей удалось найти самое лучшее применение деньгам Эридана. И он, и Сорора это бы одобрили.
Поезд тронулся… В любом случае?.. Увидев больных, Ниа, как и доктор, с трудом могла поверить в чудодейственный рецепт, записанный в книге. «Не веришь? Как ты можешь не верить?» — оборвала она себя и достала книгу. Старая, края страниц затёрлись и пожелтели. Ни имени автора, ни названия. Просто текст, разделённый на части. Некоторые маленькие, всего в несколько строк, другие больше страницы. «Как будто дневник, только без дат…» Она посмотрела внимательнее. Алфавит незнакомый. Но слова состоят из букв, а не из иероглифов. Есть слова из одной-двух букв, наверное, предлоги или союзы. А может, местоимения. Профессор Сатабиша должен разобраться, обязательно должен…
В воскресенье поезд прибыл на станцию «Алкес».
В долине по-прежнему была зима. Снег уже потяжелел и осел, но ещё не собирался таять. Пытаясь отыскать среди сугробов знакомую тропинку, Ниа думала о том, как всё изменилось. Эта неделя перечеркнула все прошедшие месяцы. Её боль, страдания, слёзы, ненависть к себе — всё потеряло значение. Осталась только его жизнь, угасающая с каждой секундой. И Ниа было почти безразлично, есть ли ей место в этой жизни, важна была сама жизнь.
Уже совсем стемнело, когда Ниа вышла на главную аллею. В окнах университета горел свет, и, несмотря на холод и усталость, она почувствовала внутри тепло. Это место спасло её. Теперь оно должно спасти Солуса.
Ниа быстро поднялась по лестнице. Профессор Сатабиша, наверное, у себя. Он поможет, обязательно поможет!
Второй этаж, третий…
У стены стоял человек. Девушка почти пробежала мимо него, когда он тихо сказал:
— Здравствуй, Ниа. Хидори Сатабиша не знает этого языка.
На вид ему было около сорока пяти. Бледное худое лицо, нос с горбинкой, тёмные с проседью волосы. Он был одет в потёртую чёрную мантию, но Ниа не видела его ни на одном заседании.
— Хидори Сатабиша не знает этого языка, — повторил мужчина.
— Откуда вы это знаете? — спросила Ниа.
— Знаю, — спокойно ответил он.
— Вы не можете знать за других!
— Могу. Это не так сложно. Нужно просто внимательно смотреть и слушать.
«Сумасшедший!» — подумала девушка.
— Ты, конечно, можешь мне не верить, можешь даже считать меня сумасшедшим, но я говорю правду.
— Я спрошу его сама! — Ниа сделала движение, собираясь уйти.
— Спроси, если хочешь, но он ответит тебе тоже самое.
— Зачем?.. Зачем вы мне всё это говорите?
— Потому что я могу помочь, — он улыбнулся ровной, равнодушной улыбкой.
— Вы знаете этот язык? — Ниа чуть не схватила его за руку.
— Немного.
— Правда? — она никак не могла поверить своему счастью. — Вот замечательно! Но я всё-таки поговорю с профессором Сатабиша, вдруг он…
— Поговори, — спокойно сказал мужчина, — но тогда ты больше меня не увидишь.
— Что? — Ниа решила, что не поняла его.
