Великая весна человечества победно шествует по земле.
Под Парижем, во дворце, помнящем позор Наполеона Бонапарта, расположился штаб очередных кандидатов в усмирители вселенной *. Но это штаб осажденных. Вместо предполагаемого похода па Восток, усмирителям пришлось удовольствоваться походом против безоружных и голодных горняков Франции. Это отнюдь не значит, что мечты о большой атомной войне улетучились из голов воинствующих жандармов капитализма. Чем безнадежнее перспективы капиталистического мира, тем лихорадочнее работают его стретеги и вся его военная машина.
Некий американский генерал Клей, по указке своих вашингтонских повелителей, в поте лица трудится над превращением Западной Германии в новое издание околевшей «третьей империи». Из крысиных нор извлекаются именитые в свое время акушеры нацизма, доживающие свой век гехаймраты, коммерциальраты, гоф- раты *, и вся эта попахивающая тленом шайка водворяется на свои старые места директоров концернов и трестов, водворяется с одной единственной целью — вернуть вчерашний день, вернуть времена владычества гугенбергов, тиссенов, брюнипгов и папенов * с их политикой «натиска па восток». Исчезли последние следы уравновешенности англосаксонских политиков и дипломатов, уступив место истерике. Они бьются в истерике вокруг созданного ими самими «берлинского вопроса», вокруг плачевных плодов собственной их провокации. С шумом и гамом они двинули против маленького греческого народа громоздкую машину «доктрины Трумэна» *, щедро оплачивая каждую голову убитых американским оружием греческих патриотов.
Опи вложили 6 миллиардов долларов в обанкротившееся предприятие гоминдана *, снабдив его с избытком новейшей военной техникой и инструкторами. Прошло немного времени, и большая часть американского оружия попала в руки Народно-освободительной армии, что ускорило разгром гоминдановских ландскнехтов Уолл-стрита. Напуганный ходом событий Чан Кай-ши * послал в Америку свою жену с мольбой об увеличении американской помощи. Но и это «чрезвычайное мероприятие» не улучшило его дел.
Воинственные генералы на службе Уолл-стрита бредят наяву планами разрушения Москвы, всего Советского Союза, всего необозримого мирового демократического лагеря. Но весь их азарт не может согнать с их лиц гримасу страха и неуверенности. Поджигателей воины сковывает сознание бессилия перед непреклонной волей пародов к борьбе за мир во всем мире.
Наша советская страна, великая страна социализма, встречает Новый год в созидательном труде и братском единении со странами народной демократии,- со всем человечеством, стремящимся к миру и свободе. Глубокий оптимизм, несокрушимая вера в свое правое дело и сознание гигантской собственной мощи — вот чем живет и дышит советский человек на пороге 1949 года.
Поджигатели войны еще размахивают атомной бомбой. Мы знаем: мир Черчиллей и клеев бешено, истерически ненавидит нас. Но мы знаем и то, что это — ненависть обреченных.
Солнце нашей эпохи ослепило империалистических сов. Как бы судорожно пи метались они, история идет вперед, идет под флагом коммунизма.
ДЕСЯТЬ РОКІВ, ЯКІ
ВАЖАТЬ ЗА ТИСЯЧОЛІТТЯ
Ще десять років тому, могло здаватися, що в чотирикутнику Збруч-Сян-Тиса-Прут * історія захолола в летаргічному сні. Над цими землями проходили від часу до часу бурі, але, крім сліз і горя, вони не залишали по собі нічого. Мінялися вивіски й шлагбауми, на зміну одним мундирам з’являлися інші, але кайдани лишалися ті самі, і з них несила було вирватися народові, який волю знав тільки з чуток, з дідівських розповідей про легендарну рахманську країну. Як же бо слово «воля» могло стати плоттю там, де кожне слово було «забороненою піснею», де на сторожі рабства стояла міць трьох імперій?
Великий Жовтень пройшов стороною тут, але його могутній подих сколихнув народне море й очам споконвічних рабів показав уже не міраж, а реальну картину людського щастя. Тепер відвага хоробрих перестала бути мужністю приречених, бо в нерівній боротьбі їм світили вогні соціалістичної Москви, бо в її зростаючій могутності й славі вони бачили провісника своєї перемоги. Ленін показував їм шлях... Народ під’яремних земель України став па шлях боротьби за возз’єднання.
Нелегкий був цей шлях, його загороджували не тільки тюрми, концтабори й шибениці. За спиною ворога стояли націоналістичні відщепенці, й це поріддя німецького сатани й шляхетської вовчиці не гребувало нічим, коли вирішувалося питання: бути йому далі, чи не бути.
Надійшов великий Вересень, в тріпотінні прапорів, у гомоні пісень, у торохтінні танків. Скам’яніла історія західних земель ожила й нестримно рушила вперед. Волею великого радянського народу, волею партії, здобутки Жовтня протягом однієї почі стали надбанням народу 400
Західної України. Боротьба за волю, за землю, за рідну мову, за право на життя, й на працю втратила раптом свій сенс і лозунгом та програмою дня у визволених містах і селах стало будівництво соціалізму.