Репутация Рекса распространилась далеко за пределы Фолклендских островов. Бывший пилот Королевских ВВС и колониальный администратор с большим опытом, он давно выработал привычку ставить свой народ на первое место, а Уайтхолл - на второе. Это, конечно, ни в коей мере не вызывало симпатии у официальных лиц Лондона, но он любил островитян и самоотверженно работал на них, и был именно тем человеком, в котором они нуждались в тот момент, незаурядной личностью и лидером, обладающим магнетизмом, способным вытащить свой народ из трясины, в которую он попал из-за вторжения Аргентины.
В ясный безветренный день мы приземлились на старом аэродроме неподалеку от Порт-Стэнли и обнаружили, что земля покрыта снегом - незабываемо красивое зрелище. Меня встретил Кейт Спейси, и когда мы поехали в штаб британских вооруженных сил в Лукаут Кэмп, школьное здание, которое никогда не использовалось из-за его неправильной конструкции, на окраине города, он сразу же начал рассказывать мне о подразделениях которые мы проезжали и их деятельности. Поскольку он должен был вернуться в Соединенное Королевство тем же самолетом, у него было всего несколько часов на передачу документов.
В тот вечер в Доме правительства Рекс Хант устроил вечеринку с коктейлями, на которой я познакомился с ним, его женой Мэвис и моими старшими офицерами. Среди них был мой начальник штаба Роберт Корбетт, высокий, подтянутый ирландский гвардеец, столь же приятный, сколь и умелый, и весьма выдающийся начальник штаба; был также капитан 1 ранга Мартин Берд, старший военно-морской офицер на Фолклендских островах (сокращенно СВМОФО), круглолицый и жизнерадостный и сразу придавший мне уверенности в своих силах. Мне потребовалось меньше пяти минут, чтобы понять, что я могу с удовольствием работать с Рексом. Он и Мэвис сразу понравились мне, и через несколько часов мы с ним наметили основу для плодотворного сотрудничества. Я решил, что, как представитель королевы, он старше меня по званию, и поэтому спросил его, не мог бы он сопровождать меня в некоторые отдаленные поселения, чтобы познакомить с тамошними жителями. Он сказал, что был бы рад это сделать, но проблема заключалась в том, что у него не было никакого транспорта. У Министерства обороны сложилось к нему позорное отношение: поскольку он был гражданским лицом, официальная политика гласила, что если он хочет путешествовать по островам, то должен передвигаться своим ходом. Это показалось мне невыносимым, типичное правило экономности, созданное бюрократами, сидящими за письменным столом за 8000 миль отсюда, которые понятия не имели, как обстоят дела на местах. Я настоял на том, чтобы, когда это устраивало нас обоих, Рекс летал на моем вертолете. Когда он сопровождал меня, я приказал убрать свои генеральские звезды с внешней стороны вертолета и заменить их королевскими знаками отличия, чтобы всем островитянам, на которые мы приземлимся, было ясно, что представитель королевы является их главным гостем. Гражданские лица и обслуживающий персонал были безмерно рады его видеть, и я считаю, что сам факт того, что мы ходили вместе, способствовал установлению более конструктивных отношений между островитянами и гарнизоном. Благодаря поддержке Рекса я завоевал высокий уровень доверия и поддержки, на что в противном случае мне потребовались бы месяцы.
Мы с Рексом также решили, что всякий раз, когда с острова Вознесения будет прибывать военный корабль с пополнением для гарнизона, мы будем вместе выходить встречать вновь прибывших, а не позволять военному комиссару встречать их в одиночку, как это происходило раньше. На суше мы почти так же выполняли общественные обязанности - однажды это привело к катастрофическим результатам. Для открытия нового заправочного комплекса, построенного королевскими саперами, мы провели небольшую церемонию, которая случайно была снята приглашенной телевизионной командой Би-Би-Си Пеблл Милл. Идея заключалась в том, что я должен был поработать заправщиком в знаменитом красном лондонском такси Рекса. Когда он появился, и Рекс вышел, блистая в длинном каракулевом пальто и шляпе в тон - наряд, который привлек бы внимание в Лондоне, камеры уже вовсю жужжали. Поэтому я с размаху воткнул наконечник шланга в верхнюю часть бака такси, не подозревая, что Дон Боннер, водитель, только что наполнил его до краев. В результате топливо выплеснулось Рексу на голову, лицо и пальто: хотя он воспринял случившееся спокойно, ему пришлось сразу же отправиться в больницу для лечения, а пальто, в виде любезности от Королевских ВВС, было отправлена в Лондон для чистки. Телевизионщики доброжелательно уничтожили пленку, вместо того чтобы поставить нас в неловкое положение, показав этот инцидент на публике.