Я подумал, что было бы лучше, если бы я завел блокнот для взвода, в который записывал имена и семейное прошлое каждого, добавляя дополнительную информацию по мере ее обнаружения, и приложил особые усилия, чтобы навестить всех бойцов в их землянках. Мы вели крайне ограниченное существование, изолированные от остального мира в наших маленьких блиндажах, но при этом были привязаны к жесткому распорядку дня, были заняты каждую минуту своего бодрствования и все время боролись с накопившимся истощением, вызванным напряжением и опасностью. В таких условиях было трудно найти время или энергию, чтобы поговорить с людьми, но я заставил себя пойти и посидеть в их землянках, поболтать с ними, нарушая формальность ранговой структуры, пока я не понял их, а они не поняли меня. Я также взял за правило проводить инструктаж или передавать любую полученную мной информацию всем во взводе, чтобы все знали, что происходит. Это может показаться очевидным, но в нашем искаженном существовании это было далеко не просто. К тому времени, когда я возвращался из штаба роты в середине утра, половина моих людей уже спала; и когда я сам просыпался днем, чувствуя себя ужасно, меня ждал безумно напряженный вечер. В изучении управления личным составом и принятии решений мне очень помог Билл Нотт-Бауэр, чья землянка (на высоте 355) находилась на моем пути к проходу в минном поле, так что мне было легко заскочить поболтать, когда я проходил мимо.
После трехнедельного пребывания на фронте мы возвращались на некоторое время в резерв, во время которого окапывали позиции на так называемой Канзасской линии - второй линии обороны, которую должны были занять силы ООН, если вступит в силу соглашение о прекращении огня и будет создана демилитаризованная зона. Там, в пяти милях от линии фронта, жизнь была намного проще, и люди даже находили время для случайных шуток. В полях паслось несколько диких фазанов, и рассказывали историю о том, как однажды зимой Питер Джеффрис отправился на охоту за ними, в нем легко было узнать британского офицера по форме. Когда птица взвилась в воздух, и он промахнулся, стреляя из обоих стволов, австралийский рядовой, бездельничавший у дороги, презрительно крикнул: "Я мог бы прибить этого ублюдка гребаным камнем!" В другую ночь, когда солдаты охраняли Пинтейл, один из мостов через Имджин, часовой ДПЛП остановил американский грузовик за рулем сидел здоровенный чернокожий солдат, который никак не мог вспомнить пароль. На несколько мгновений возникла тупиковая ситуация: ньюкастлец ждал ответа, а американец свирепо смотрел на него из своей кабины. Затем он внезапно воскликнул: "Вы когда-нибудь видели чертова черного китайца?", - и с ревом помчался через реку.
Даже на фронте иногда проявлялось легкомыслие. Приближалось 2 июня, день коронации королевы, и Билл Нотт-Бауэр был занят подготовкой сюрприза для китайцев. Он кропотливо сшил вместе несколько синих и оранжевых опознавательных панелей "земля-воздух" из флуоресцентной ткани шириной два фута и длиной шесть, чтобы сделать вензель королевы Елизаветы II, занимающее примерно четверть теннисного корта. На этих скалистых холмах было очень мало ровных участков, которые можно было увидеть с наших позиций, но, присмотревшись в бинокль, мы заметили один из них, и Билл направился к нему в темноте. Бесшумно подкравшись на расстояние нескольких ярдов к китайским часовым, он прикрепил полотнища и удалился, а утром мы, к своей радости, обнаружили, что знамя было хорошо видно с нашей позиции. Более того, китайцы, очевидно, не видели его, поскольку он оставался нетронутым, словно был заколдован. На самом деле враг понял, что 2 июня было для нас праздничным днем, и когда наши орудия выпустили красные, белые и синие дымовые снаряды, все наши солдаты трижды прокричали "ура", а наши танки подняли свои орудия на максимальное возвышение для одного мощного одновременного залпа, их реакция (как полковой отчет как говорится) "в кои-то веки была флегматична", и они прониклись духом мероприятия, не ведя огня весь день, чтобы люди с обеих сторон могли передвигаться на открытом воздухе со свободой, невозможной в обычное время.