Туземцы владели разнообразным древним оружием, и однажды, после долгих торгов за мятным чаем, мне удалось купить три дульнозарядных ружья с фитильным замком, которым было по меньшей мере сто лет, по цене, эквивалентной 1,25 фунта стерлингов за штуку. Вернувшись в Аден, я решил, что мы попробуем одно из них. Поэтому мы отнесли его в офицерское собрание - не представляю, зачем, насыпали немного пороха в ствол и поднесли спичку к замку. Я написал домой:
"Гробовая тишина. Еще немного пороха в ствол. Еще одна спичка и снова разочаровывающая тишина. К этому времени наш энтузиазм по поводу выстрела не знал границ, и мы решили выстрелить как следует. В затравочное отверстие была насыпана горсть пороха, ружье лежало на столе, и, будучи абсолютно уверенными в том, что ничего не случится, мы снова поднесли фитиль. Слово "Захватывающий" лучше всего описывает последовавшие за этим события. Мы и не подозревали, что у бедуинов также были проблемы с тем, чтобы заставить ружье выстрелить, и они оставили его заряженным свинцовым шариком и запасом пороха на шесть зарядов. Наш пороховой шлейф начался с обнадеживающего шипения, за которым вскоре последовал оглушительный грохот. Ружье слетело со стола, ударилось прикладом о заднюю стену комнаты и выпустил клубы черного дыма, в которых чуть не задохнулись два очень испуганных офицера. Когда дым рассеялся, мы обнаружили, что все заряды сработали, а свинцовая пуля, пробив стену собрания, улетела в сад. Дальнейшее расследование не выявило никаких тел, поэтому мы отправились в бар, чтобы подкрепить силы духа."
Застряв в Адене, я нашел то, что искал, в игре в сквош - открытые корты были похожи на печи и отлично помогали сбросить лишний вес, а также в беге вверх и вниз по Шамсану, потухшему вулкану, который возвышается на 1800 футов над городом. Я доезжал на своем скутере до Стимер-Пойнт, оставлял его там и отправлялся на вершину: местность была очень крутой, и большая ее часть была покрыта рыхлыми камнями. Подъем и спуск вместе занимали около полутора часов, и вскоре я уговорил пару коллег составить мне компанию. Со временем я настолько пристрастился к горам, что у меня возникла идея организовать забег на вершину, который я назвал "Шамсанская схватка". Идея захватила воображение местных жителей, и когда мероприятие состоялось впервые, в мае 1963 года, на него собралось более пятидесяти участников, в том числе три женщины. Как я заметил в письме домой, вершина "напоминала Эмпайр-Стейт-билдинг после того, как лифты были переполнены". Гонку выиграл семнадцатилетний арабский юноша, жилистый, как паук, и невероятно подтянутый.
Через несколько дней после гонки пришли плохие новости. Вертолет, участвовавший в операциях SAS на Борнео, потерпел крушение в джунглях, погибли все его пассажиры. Среди погибших были Гарри Томпсон и заместитель командира 22-го полка SAS Рон Норман. Авария вернула мои мысли к делам SAS - не то чтобы я когда-нибудь забывал о них надолго - и оставила у меня чувство личной утраты. Несмотря на его вспыльчивый характер, мне всегда нравился Гарри, и я надеялся, что, если он будет командовать 22-м полком SAS, что казалось вероятным, я смогу служить командиром эскадрона под его началом. Я уже подумывал о том, чтобы вернуться в SAS для моего следующего назначения, где-то в 1964 году.
События приняли более радостный оборот, когда однажды в Адене появился молодой архитектор из Новой Зеландии Дэвид Армстронг, путешествовавший автостопом по всему миру. Почувствовав в нем родственную душу, я предложил ему присоединиться ко мне в эксперименте, чтобы посмотреть, сможем ли мы пережить выходные на необитаемом острове, питаясь тем, что сможем поймать. Он сразу же согласился, и вот однажды в пятницу мы отправились в путь, взяв с собой минимум снаряжения: нож, несколько примитивных рыболовных крючков, кусок трубы и две большие консервные банки. Местом, где мы решили высадиться, был остров на побережье к западу от Адена. На самом деле это был остров только во время прилива: во время отлива он соединялся с материком дамбой, но мы вели себя так, словно оказались посреди океана.