Я долго сидел, наслаждаясь в одной позе, боясь пошевелиться. Смотрел на одинокий росток камыша, торчащий из воды, а рябь воды разбивала об него волны. Я представлял, как он растет, и потом я увидел, что он действительно растет. Он начал быстро расти. Достигнув высоты, начал высыхать. Рядом с ним с той же скоростью росли новые, заполняя постепенно собой пруд, и так же, достигая вершины, начинали увядать и чахнуть. Вода постепенно отступала от прежнего берега. И вот уже нет воды, и вот уже нет камыша, так активно завоевавшего воду, и растет степная трава, и цветы распускаются и вянут, распускаются и вянут. Все быстрее и быстрее. Постепенно эти колыхающиеся лепестки становились бабочками, которые в огромном количестве поднимались в воздух и кружили вокруг меня. Заполнив собою все, стали улетать и рассеиваться, оставив мне голую каменистую почву. Ни одного зеленого островка. И я вижу, что это земля круглая и безжизненная. Пустая, но пространство гудит. Все готово. Все ждут, вот-вот.
Появляются первые формы. Неясные и неотчетливые. Как черновик художника. Потом резкая смена картины – и из этих неясных происходят новые, более четкие и понятные. И даже очевидные организмы. Которые готовы защищаться и нападать. Кусаться и бодать. И опять смена картины. И все другое. Ох, а где чудовища опасные? А где шипы и клыки? А уже не звери, а существа, интересующиеся, изучающие окружающий их мир. Они всматриваются, прислушиваются, принюхиваются. А ведь все всегда начинается с самого обычного, с поиска пищи или укрытия, а переходит в поиски новых путей и новых смыслов. И история оборвалась. А что же дальше?
На чистом белом фоне проявились четыре символа. Двенадцать стрелок, направленных в центр, – первый символ. Дальше стрелки, и в центре точка. Следом точка, но стрелки направлены вовне. Последний – стрелки, направленные вовне, без точки. «Что это значит?!» – крикнул я в белую пустоту. И вот я вижу себя рожденным. Я вступил в игру. Мое тело беспомощно и почти бессознательно, оно развивается и растет от самого маленького комочка. Затем я превращаюсь в юношу, который смотрит на себя в зеркало, он осознает себя как центр своей вселенной, он хочет гордиться, он выделяется из толпы, он борется и наслаждается. А вот этот парень становится мужчиной. Он видит не только себя. Влияет на окружающее, наводит порядок. Он понимает, что от него многое зависит. Он знает, что может улучшить этот мир. И со временем этот мужчина состарился. И уже почти не живет собой. Он отдает. Передает опыт. Он наблюдает, подсказывает, помогает и любуется. «Вот что это значит», – сказал мне белый безграничный фон.
Я в третий раз после встречи с человеком без лица и речей великана ощутил, что происходящее вокруг, все миры и образы не есть случайные спонтанные явления. И все это необъяснимое, бессвязное и противоречащее друг другу суть организация, части единого огромного замысла. Это есть громадная система, которая просто не вмещается пока что в меня. А может, никогда и не вместится.
Глава 6
Все это привиделось мне, пока я, засмотревшись на росток камыша из воды, дремал. Открыв глаза, я понял, что падаю в воду. Резкая прохлада окатила меня. И все размышления, догадки, умозаключения поплыли в воде. Голова пустая, небо прояснилось и стало голубоватым, и в эту голубоватую бездну я смотрю без предубеждений. Я пустой и радостный. Плыл неизвестно куда. Нырял – а там столько рыбы! Места пустого нет. Течение стало бурным и выбросило меня на просторный берег. Стемнело. Вдалеке слышу странные напевы. Начал приближаться: что там? Смотрю, а впереди нить натянута между двух деревьев. И стоит позади нее тот, кто называется Трижды Величайшим. Причем видел я его верхнюю часть над нитью. Под нитью пейзаж продолжается, как будто там никого нет. А на нити сидят птицы. Разноцветные, простые, с большими и скромными хвостами. Смотрели по сторонам и очень странно пели: то как незнакомые мне музыкальные инструменты, то человеческим голосом, то насвистывали, то журчали как вода. Я подошел близко и просунул голову над нитью, чтобы увидеть его. Он сказал:
– Ты хочешь заглянуть в мир бурь? А если больше никогда не хочешь видеть страданий, останься тут, тебя ждут красивейшие миры.
– Хочу увидеть все грани бытия, – сказал я.
