Она была полезна мне, так как имела доступ к сейфам и ко всем секретам производства. За недолгое время я смог сделать фотокопии планов завода, технологических заданий, секретных распоряжений министерства. И снова вмешалась человеческая глупость, ей для чего-то понадобилось забеременеть. Не знаю точно, от кого, хотя она и утверждала, что отец ребенка — я.
Надрывные сцены, слезы, шантаж — верный способ взрастить отвращение там, где зрел росток привязанности. Нину пришлось убрать чужими руками, себе я обеспечил алиби. Это жаль, мне так хотелось присовокупить частицу женского начала к той стихии, которая бурлит в моем сознании.
Но люди мелки, словно детеныши тараканов, рассыпающиеся из вскрытого яйца — оотеки. Лишь редким особям доступно наслаждение величием, силой мысли. Власть над вселенной они выменивают на трещотку да мелкого тщеславия утоление. Есть те, кто думает, что служит мне ради идеи. К таким натурам проще подобрать ключи.
Эйнар Сепп доставил из Великобритании десять взрывных устройств в форме кусков каменного угля, оболочка которых спрессована из угольного порошка. Внутри располагается корпус из медной проволоки и взрывчатая масса, состоящая из гексогена, тротилового масла и пироксилина. К взрывчатке прикреплен капсюль-детонатор и отрезок бикфордова шнура. При загорании оболочки с поверхности взрывчатое вещество не загорается, так как довольно значительный слой оболочки (20–30 мм) представляет собой хорошо теплоизолирующий слой, предохраняющий от воспламенения. При сгорании оболочки до слоя, в котором находится бикфордов шнур, последний загорается и производится взрыв.
Взрывчатка в виде кусков угля уже доставлена на Комбинат и складирована в одном из подсобных помещений. В день акции брикеты будут распределены по территории — в котельных, в лаборатории. Также нам удалось добыть некоторое количество динамита, который используется на Комбинате во время подрывных работ.
В воскресенье я подготовил схрон в лесу на побережье. Резиновая лодка, насос, консервы, крупа — на случай если придется пережидать непогоду. Впрочем, в августе редко бывают штормы, эвакуация должна пройти по плану.
Акция подготовлена, действия участников рассчитаны по минутам. Скоро я выйду из игры и соберу расщепленную личность в единое целое, бесконечно умное и хищное существо, во всем превосходящее человека.
Единственное, что вызывает тревогу — ответы Центра на мои запросы. Их обещания обтекаемы, гарантии неопределенны.
Сегодня я должен получить однозначный ответ. Я не просто ценный агент, мой мозг — контейнер с информацией, способной изменить ход противостояния двух систем. Мои способности и навыки должны быть оценены лучшей спецслужбой мира, каковой является британская разведка. Их агентура работает по всему земному шару, в конце концов они победят.
Семейка Сеппов, кретины и наследственные алкоголики, послужат мне расходным материалом. Эйнар всё еще верит, что Центр готовит операцию по его спасению. Что ж, тем проще заманить его в ловушку. Весь отряд должен быть уничтожен, чтоб не осталось никаких свидетельств моего участия в этом деле.
Затем я выйду на лодке в море.
Миром правят всего девять человек — Девять Неизвестных. Мое место среди них.
Разбуженный ночным звонком, Гаков мгновенно и отчетливо вспомнил причудливый сон — Сталин, коза, диверсия на Комбинате. Нервно кричал в трубку начальник охраны Анохин:
— Арсений Яковлевич, беда у нас! Диверсия, поджог!
Не помнил, как оделся, как сел в машину. Подъехал и узнал — во время ночного обхода сторож, бывший сапер, услышал шорохи возле забора и решил осмотреть участок за лабораторией. Обнаружил брошенную коробку отсыревших спичек и подозрительный шнур, а по шнуру — закладку динамита.
Пока докладывал начальству и звонил в милицию, поднялся дым из второго корпуса. Сторож набрал пожарную часть, а сам побежал в цех, потушил песком два возгорания.
Взрыв произошел на инструментальном складе, но большого огня удалось избежать. К приезду Арсения пожарные заливали водой подвал лаборатории и два очага у отстойников. В цехах горел свет, люди Анохина с собаками прочесывали территорию. Пока работали на Комбинате, были совершены поджоги городской администрации, нового дома на улице Маяковского и сараев у рыболовного причала.
Люди просыпались от пожарной сирены, наскоро одевшись, выбегали на улицу. Не понимая, что происходит, стекались к горящему зданию исполкома. По толпе струился ропот: «Диверсия! Диверсия, поджог».
Таисию разбудила соседка. Ребятишки подбежали к окну. Николка обрадовался зрелищу:
— Мама, смотри, море горит! И еще один костер… И вон там!
Таисия сунула Насте пакет с документами и облигациями, наказала собрать на всякий случай брата, в узел завязать постели и посуду. Если огонь станет приближаться, вещи выкинуть из окна, выходить на улицу. Сама же набросила пальто и побежала на площадь к администрации.
