Другое ответственное поручение, которое я получил, касалось подготовки инструкции по эксплуатации КИУ. Прежняя была слишком декларативна, без учёта конкретики производства, его специфики и описания средств контроля и управления технологическим процессом. По такой инструкции персоналу, отвечающему за конкретный участок, было непонятно, что, где и как требовалось исполнять. К новой инструкции прилагались подробные схемы действующих установок. Словом, это была вторая дипломная работа, долго служившая основным техническим руководством для сменного персонала. В 1964-м завод «Т» был выведен на проектную мощность и стал самым крупным в мире предприятием газодиффузионного производства. Атомный гигант вошёл в штатный режим и последующие тридцать лет работал на полную мощность. Четырнадцать миллиардов киловатт-часов в год, а это четыре процента электроэнергии, вырабатываемой в СССР, потреблялись ангарскими урановыми каскадами! Эти проценты составляли половину эксплуатационных затрат, в чем и заключался главный недостаток диффузионного способа разделения. Практически вся потребляемая электроэнергия переводилась мощными компрессорами в тепло, отводимое системой теплообменных установок (ТОУ). Опять расходы.
Новая перестановка кадров в цехе произошла по непредвиденной коллизии. Наверх ушла жалоба одной из сотрудниц цеха на горячего по характеру Пушкина, что оказалось весьма кстати директору комбината, подумывавшему о дальнейшем продвижении своего фаворита. Лучшего момента было не найти. Алексей Алексеевич был отстранён от занимаемой должности с переводом в управление завода сменным начальником производства, а освободившееся место прямого распорядителя атомной технологией было предоставлено молодому, умному и жадному до работы Владимиру Ивановичу Дрождину.
На фигуре Пушкина нельзя не остановиться. Алексей Алексеевич, горячий, вспыльчивый и нетерпимый к малейшему проявлению безответственности, – это легенда электролизного завода. Его взрывной харизматичный характер олицетворял начальный этап кипучей бучи зарождающейся атомной промышленности. Сколько было сильных и ярких руководителей уранового производства с первых дней его пуска, но Пушкин – на особом счету, словно огнедышащий вулкан, готовый в любой момент разразиться напором и грохотом извергаемой лавы.
Лёшка рос на вольной тверской природе в семье сельского умельца и кузнеца. Лес, речка, луга и ароматы кошенины, а ещё хлопотливое домашнее хозяйство, – все условия для формирования крепкого, трудолюбивого и волевого характера. Таким он и вырос, получил среднее специальное образование в Рыбинском авиационном техникуме. В послевоенные годы в стране отсутствовали кадры атомщиков, откуда бы им взяться, поэтому их набирали из высокотехнологичных смежных отраслей. Так в 1947-м Пушкин оказался в Свердловске-44, где обучаться новой профессии пришлось на практике, непосредственно в цехах возводимого комбината.
В те горячие дни Алексей нашёл свою дражайшую половинку, Нину Григорьевну, выпускницу Куйбышевского индустриального института, порхающую подобно бабочке по каскадным соединениям обогатительных «самоварчиков». Немало молодых ребят обращали внимание на «порхающую бабочку», но Нина отдала предпочтение Алексею, издали заметному по чубатой голове и слышному по рокоту густого голоса. В середине пятидесятых годов молодая чета была включена в «уральский десант» специалистов, направленных на строящееся атомное предприятие в Ангарске, где «всё опять повторилось сначала» – монтаж и наладка, только оборудование было в сотни раз крупнее и производительнее. Здесь приходилось иметь дело не со свердловскими «самоварчиками», а с машинами размером с дом в два-три этажа. Достаточно сказать, что в начале шестидесятых годов мощность разделительного завода АЭХК составляла треть от производительности всей отрасли. В семидесятых годах цепочка «самоварчиков» была выставлена в торце первого корпуса под плакатом «С этого мы начинали».
Позднее Пушкин принял под начало цех № 82. Так Алексей Алексеевич прошёлся ураганом по заводу, оставив яркий след в памяти сослуживцев. Он не чуждался общения с коллективом при выездах на базы отдыха, где вёл себя компанейски, без тени напускного верховенства. Вне производственной зоны был также энергичен и словоохотлив в беседах на житейские темы, с людьми держался на равных и охотно опрокидывал с ними рюмки с водочкой.
