– Вот именно, что?! – проговорил он негромко. Потом помолчал немного и добавил: – Что мне делать дальше?
– Можешь вздремнуть, – посоветовала я. – Если это и есть тот вопрос, который ты хотел задать. Если же нет, то я слушаю!
– Тогда ладно!
Некоторое время Корней молчал, как бы собираясь с мыслями. Потом…
– Алан, это и есть тот чужак, из-за какого и начались все ваши неприятности три с половиной года назад, Виктория? – проговорил он, вновь поглядывая на меня исподлобья.
– Что?!
Вопрос Корнея застал меня совершенно врасплох, ибо именно такого вопроса от бывшего контрабандиста я никак не ожидала услышать. Тем более, этого фамильярного – «Виктория», вместо «Повелительница»!
– Да как ты смеешь?!
– Простите, Повелительница! – с излишне показным смирением произнёс Корней и замолчал, вновь уставившись куда-то в самое днище кареты.
Но я уже смирила свой гнев, да и с охватившей меня растерянностью успела полностью совладать. Тем более, что поняла: вопрос задан мне не из праздного любопытства.
– Ты его знал? – напрямую поинтересовалась я. – Тогда, три с половиной года назад ты с ним встречался?
– Пришлось, – буркнул Корней. – Правда, о том, что он явился извне, я тогда не подозревал даже. Он сказал, что из Гнилого распадка к нам пришёл… ну, я и поверил…
– К вам, это куда? В Чёрную прорву?
– Именно! – Корней согласно кивнул. – Он тогда с четырьмя сотоварищами в резервации этой объявился. Сказал, что поохотиться, мол, желают они в наших лесных чащобах, проводника опытного для этой цели разыскивают, да и за ценой, вроде как, не постоят…
Проговорив всё это, Корней замолчал.
– И что? – нетерпеливо осведомилась я. – Нашли они проводника? Или, может, ты сам вызвался тогда?
– Да какой из меня проводник?! – Корней насмешливо хмыкнул, после задумчиво покрутил бритой башкой. – Контрабандисты, они тоже не особо норовят без нужды в лесную чащобу соваться, не их это хлеб. Посоветовал я Алану одного старика, бывшего охотника, по кличке Лесник. Вот он-то лес ближайший, как свои пять пальцев знал. Правда, в годах уже был, походы свои лесные почти забросил, а сын почему-то не в отца пошёл: в лес ни ногой, как только его отец не уговаривал…
Проговорив это, Корней некоторое время сидел молча, потом заговорил вновь.
– Уж не знаю, каким таким образом, но смогли тогда пришельцы уговорить Лесника стать им кем-то вроде провожатого, наверное, денег немало за это отвалили. Но что старику деньги те, когда назад он так и не вернулся, да и пятеро этих тоже, вроде как сгинули тогда бесследно. Но ведь лес дело такое, непредсказуемое… так что никто в резервации особо заморачиваться не стал и на поиски не кинулся. Сын старика после тризну по отцу справил, как положено… меня тоже пригласили, хоть это я, вроде как, виноватым оказался во всей этой истории. Тогда, ни я, ни остальные, в гибели компании этой и не сомневались даже, а вот теперь…
Не договорив, Корней вновь замолчал.
– Теперь, что? – спросила я.
– Теперь даже не знаю, что и думать, – буркнул Корней. – То ли с ними ушёл тогда старик этот, то ли прикончили они его, чтобы, вернувшись, ничего о них властям сообщить не мог. Ведь ежели мы для них – недочеловеки, то, что с нами церемониться, правда?…
Некоторое время мы оба молчали под убаюкивающий перестук колёс.
– Но ведь он мог и сам погибнуть, Лесник этот? – стараясь быть объективной, возразила я. – На обратном пути, или ещё каким образом. Лес – гиблое место, знаешь ли…
– Мне ли не знать! – вторично хмыкнул Корней. – Возможно, и так случилось… впрочем, какая теперь разница! А ещё подумалось мне вдруг, что путь к долбанной своей Империи чужаки и без Лесника знали преотлично, и совсем по другому поводу он им понадобился.
– Это, по какому же? – тут же насторожилась я.
– Искали они что-то в окрестностях резервации, – пояснил Корней. – Вот почему местный им понадобился, и именно такой, который окрестности эти хорошо изучил.
– Искали что-то… – задумчиво проговорила я. – Что ж, и такое возможно. Но что именно они могли тут разыскивать?
Корней ничего не ответил, но я уже и сама поняла, что могли разыскивать чужаки в лесу. Вот только смогли ли они обнаружить ещё одно подземное убежище, подобное моему? Пусть даже и не столь огромное…
Ежели всё же обнаружили, то Леснику, ясное дело, шансов уцелеть не было ни малейших. Если же нет, тогда…
А что тогда?
И откуда, интересно, у чужаков, вообще, взялось огнестрельное оружие? Пусть не такое продвинутое, как в моём скафандре, но всё же…
Неужто сами научились производить? Или, что куда вернее, тоже обнаружили ранее в некоем подземном хранилище?
И сколько же ещё подобных хранилищ таят в себе непроходимые наши чащобы? Которые в стародавние, мифические ещё времена, чащобами, естественно, не являлись, а были они…
А интересно всё же, чем они были ранее? До той давней ядерной катастрофы?
На вопрос сей я так и не смогла отыскать хоть какого-либо вразумительного ответа, да, если честно, не особенно и пыталась этого сделать.
Более трёх лет не странствовала я по лесу, а показалось вдруг: будто вчера только всё это происходило…
