– Я переговорю с секретарем мистера Мэлоуна. Видите ли, он никого не принимает без предварительной записи.
– Передайте ей, что я готова подождать, пока мистер Мэлоун освободится. – Кэти говорила вежливо, но настойчиво, и это, видимо, произвело гораздо больший эффект, нежели ее маскарад.
Одна из ослепительных девиц за стойкой, слегка пожав плечами, подняла трубку и стала что-то говорить приглушенным голосом. Через некоторое время она обратилась к Кэти:
– Мисс Кларк, не будете ли вы так любезны поговорить с секретарем мистера Мэлоуна?
– Разумеется.
Кэти подошла к стойке, мысленно моля Бога, чтобы ее подвернутая форменная юбка не опустилась и не стала видна из-под жакета матери Харриет.
– Меня зовут Пенни, – послышался голос в трубке. – Чем я могу вам помочь?
– Вам передали имена, имеющие отношение к делу? – спросила Кэти. Здорово это у нее получилось: «Имена, имеющие отношение к делу»! Изысканный оборот, это наверняка возымеет действие!
– Ну-у, в общем-то, да, хотя, боюсь, они ничего мне не говорят.
– Вам, может, и не говорят, а вот вашему шефу скажут. Сообщите ему, пожалуйста, что я его не задержу. И я готова подождать, пока он освободится. И назовите имена.
От возбуждения у Кэти кружилась голова. Минуты три спустя заверещал телефон.
– Секретарь мистера Мэлоуна встретит вас на шестом этаже, – сказала одна из богинь за стойкой справочной.
– Благодарю вас за помощь, – церемонно проговорила Кэти, подтянув форменную юбку и направляясь к лифту, который должен был вознести ее к отцу.
– Мисс Кларк? – спросила Пенни. Она выглядела так, будто только что сошла с подиума, на котором проводился всемирный конкурс красавиц, – в костюме кремового цвета и черных туфельках на длиннющих шпильках. Ее шею обвивало ожерелье из черных бус.
– Совершенно верно, – ответила Кэти. Ах, ну почему она так скверно выглядит, так плохо одета и столь молода!
– Прошу вас, следуйте за мной. Мистер Мэлоун примет вас в комнате для переговоров. Желаете кофе?
– Да, благодарю вас.
Ее провели в комнату со столом из светлого дерева, по периметру которого были расставлены восемь стульев. Стены были увешаны картинами. Не дешевыми репродукциями под стеклом, которые висели у них в школе, а настоящими картинами. На подоконниках стояли вазы с цветами – со свежими цветами, срезанными не далее как сегодня утром. Кэти села на стул и стала ждать.
И вот он вошел – красивый, гораздо моложе на вид, чем Фрэн, хотя на самом деле был старше на год.
– Привет, – сказал он, улыбаясь от уха до уха.
– Привет, – ответила Кэти.
Затем воцарилось молчание.
В этот момент в комнату вошла Пенни, неся поднос с кофейником, чашками, молочником и сахарницей.
– Что-нибудь еще? – спросила она, сгорая от любопытства.
– Нет, Пенни, спасибо.
– Вы знаете, кто я? – спросила Кэти, как только Пенни вышла.
– Да, – ответил он.
– Вы не ожидали моего появления?
– Ожидал, но, честно говоря, не раньше чем через два-три года.
У него была очень обаятельная улыбка.
– И как вы собирались поступить во время нашей первой встречи?
– Для начала, наверное, выслушать тебя.
– Ну вот, я и пришла, – немного неуверенно произнесла Кэти. – Мне захотелось посмотреть на вас.
– Вполне объяснимое желание.
– Хотелось узнать, как вы выглядите.
– Теперь – знаешь. – Его голос звучал тепло и доброжелательно. – И что же ты обо мне думаешь? – спросил он.
– Вы очень симпатичный, – с неохотой призналась Кэти.
– Ты тоже.
– Видите ли, мне просто хотелось выяснить… – начала Кэти и, смешавшись, умолкла.
– Я все понимаю, – сказал он.
– Именно поэтому я захотела прийти сюда и поговорить с вами.
– Понятно, понятно, – сказал он, разливая кофе по чашкам.
– Понимаете, до недавнего времени я искренне верила в то, что мои родители – Па и Ма… А недавно узнала, что это не так. Для меня это был настоящий шок.
– Выходит, Фрэн не рассказывала тебе, что ты – ее дочь?
– Нет, не рассказывала.
– Странно. Когда ты была маленькой – понятно, но после того, как ты выросла… Странно.
– Она думала, что я и так обо всем знаю. Но я ничего не знала. Я считала ее своей старшей сестрой – самой лучшей, самой замечательной старшей сестрой. Видимо, мне не хватило сообразительности.
– На мой взгляд, ты очень симпатична и вполне сообразительна.
Со стороны могло показаться, что мужчина искренне восхищается своей юной собеседницей.
– К сожалению, это не так. Я учусь как проклятая и в конце концов добьюсь своего, но у меня не получается схватывать все на лету, как, например, у моей подруги Харриет. Я – просто зубрила.
– Я тоже. Значит, ты пошла в своего отца.
Это был очень важный момент. Он признал, что является ее отцом! У Кэти даже закружилась голова. Но к сожалению, она понятия не имела, куда двигаться дальше. Она же думала, что Мэлоун станет спорить, начнет оправдываться, юлить и выдумывать всяческие отговорки. А он не стал делать ничего подобного.
– Вы бы не получили такую работу, если бы были просто зубрилой.
– Моя жена очень состоятельная женщина, а я и в самом деле просто обаятельный зубрила. Я никогда не огорчаю людей и не говорю то, что им неприятно слышать. Только поэтому я здесь.
