Высказаться по этим вопросам мне предоставилась возможность еще до официального выхода на работу. В связи с подготовкой к XVII Всемирному философскому конгрессу в Монреале (Канада) руководители Института попросили меня выступить с сообщением об итогах июньского Пленума ЦК КПСС пораньше. Собрание это состоялось 5-го июля, хотя я находился еще в отпуске. Основные соображения, высказанные на этом собрании, я повторил затем в более развернутом виде на Всесоюзном совещании в Философском обществе, а затем в статье «За решительный поворот философских исследований к социальной практике», опубликованной в журнале «Вопросы философии» № 9 за 1983 год.
Предвидя негативную реакцию части философов на призыв к повороту философии к практике, я с самого начала подчеркнул, что для некоторых научных работников осуществление этой задачи может показаться особенно трудным или даже неуместным. Философия не может не иметь дела с абстракциями высочайшего уровня в силу природы философского знания, в силу мировоззренческих и методологических функций, которые она выполняет в обществе. Но именно в том случае, когда абстрагирование направлено на познание реальной практики во всем ее многообразии, научное исследование дает наиболее точное отражение существенного и значимого в явлениях и процессах. Тем более, что под практикой понимаются все виды чувственно-предметной деятельности, а не повседневные факты производства, быта и т.п. Именно вследствие таких своих особенностей философия на протяжении всей истории глубоко волновала умы и сердца людей. Ни один сколько-нибудь значительный философ, будь он материалист или идеалист, не считал для себя возможным обойти острые и сложные вопросы общественной жизни. И в названной выше статье, и в следующей — «Некоторые задачи философского осмысления нового развития общества» («Вопросы философии», 1984, № 5) я пытался как можно шире и убедительнее показать пути решения этой задачи.
Надо сказать, что значительная часть научных работников, особенно социально-философских подразделений, активно поддерживала такую позицию уже в силу своих, так сказать, служебных занятий, видела в таком подходе возможности влиять на исправление и улучшение общественных процессов путем активного вмешательства в жизнь, политическую практику. Скептически к этой задаче относилась часть ученых из подразделений, занимавшихся онтологическими, гносеологическими проблемами, философскими проблемами естествознания. Наконец, часть научных работников, разочарованых в идеологии и политике компартии, видела две линии поведения: либо вести непримиримую полемику с властью, либо оставаться на конформистских позициях, укрываясь в катакомбах «нейтрального» мышления. Мне же хотелось привлечь к активному сотрудничеству всех способных ученых независимо от различий в их позициях.
Коллектив Института активно готовился к XVII Всемирному Монреальскому философскому конгрессу. Основной темой конгресса была избрана тема «Философия и культура». Оргкомитет под председательством академика Д.М.Гвишиани проделал огромную подготовительную работу. В Международный оргкомитет конгресса было направлено 170 докладов. Наиболее значительную роль в нашей делегации играл академик Теодор Ильич Ойзерман, который председательствовал на пленарном заседании и выступил с одним из основных докладов. Активно работали на конгрессе — председательствовали в секциях и выступали с докладами доктора наук А.И.Арнольдов, П.С.Гуревич, В.В.Денисов, Н.И.Лапин, Н.В.Мотрошилова, В.В.Мшвениерадзе, И.С.Нарский, Л.И.Новикова, В.С.Семенов и другие. Руководителем делегации был назначен я, мой доклад для конгресса «Духовная культура и формирование личности при социализме» был загодя направлен в Монреаль для перевода, а на самом конгрессе я выступил с речью на тему «Маркс и реальный социализм». Для советской делегации Монреальский конгресс в определенном смысле стал переломным: на него не поехали представители старшего поколения П.Н.Федосеев, Ф.В.Константинов, АГ.Егоров, М.Т.Иовчук и другие. Их заменили квалифицированные и способные молодые ученые.
По возвращении домой делегация развила бурную деятельность по освещению итогов конгресса. Я выступил на Ученом совете Института философии, на заседании бюро Отделения философии и права АН СССР, на Совете международного сотрудничества при Президиуме Академии наук, перед профессорско-преподавательским составом МГУ, в Центральном лектории общества «Знание», а по Центральному телевидению я выступал вместе с Ойзерманом и Мотрошиловой. О работе конгресса было рассказано и в печати: в «Правде», «Литературной газете», журнале «Коммунист». В издательстве «Знание» вышла брошюра, а издательство «Наука» выпустило монографию «Философия и культура».
