— Ты знаешь почему. — пожал плечами я. — Риски высоки, нельзя на них полагаться. У нас не было ни одного прокола именно потому, что все кандидаты в бирюзовую гвардию тщательно отбирались.
— Я говорю не только о людях Элдриха. — всплеснул руками старый слуга. — На поле боя остались сотни, если не тысячи мастеров магии! И всех их вы превратили либо в теней, либо в фантомов, или просто в ревенантов, но не одного приличного лича, вроде меня!
Я устало помассировал виски.
— Есть риск…
— Всегда есть риски. — кивнул Улос, впервые за долгое время перебив меня. — Но когда мы начали бояться его? Я понимаю, раньше мы скрывались, нельзя было допустить утечки знаний. Однако не первый год идет эта война! Наши враги уже изобрели щит, рассеивающий смерть! Быть может, один из десяти личей или рыцарей смерти восстанет против нас: так ли это важно, если их будут сотни? Остальные просто убьют его на месте. Будет ли большой вред от пары перебежчиков, даже если они уйдут? В то же время, будь на поле боя несколько тысяч рыцарей смерти, способных метать копья в небеса, и тысяча личей, которых мы бы поднатаскали в энергоёмких ударах, как знать, может, чаша весов могла и склониться в нашу…
Я махнул рукой, заставляя слугу замолчать. А затем долго стоял в тишине, задумавшись. Нет, он был прав. Но у меня голове всё ещё стояла та история — о проигравшем завоевателе миров.
Была ли в этом интрига демона? Манипуляций? Я не хотел повторять ошибок некромантов былых веков и миров, хотел впитать лучшее из мудрости тысячелетий, что они собирали, не щадя своих душ.
Но, быть может, я был слишком осторожен. Действительно, когда я стал так бояться риска?
Могли ли техники, которым учил меня дракон, воздействовать на сознание? Определённо да. Вряд ли напрямую, это не промывка мозгов… Но не имея большого опыта в ментальной магии я мог сам подсознательно запретить себе делать некоторые вещи, считая это разумным. И просто не обращать на это внимание.
Или на меня воздействовал демон. Или я просто сосредоточился на других вещах и долгие годы не менял решение, что когда-то казалось верным.
— Простите мою дерзость, ми… — осторожно начал старик.
— Нет, ты прав. — остановил его я. — Ты прав. Надо послать людей за ингредиентами. Настало время пустить в ход всё. Эта война только начинается.
— У меня есть всё в запасе. — скромно потупился ушлый алхимик. — Хватит на несколько сотен личей, может, даже на тысячу. Нужны только жертвы…
Хорошо иметь верных слуг. И на ошибку укажут, и позаботятся о мелочах. Я улыбнулся, и хандра отпустила меня окончательно. Настало время действовать решительно: и теперь, пожалуй, я точно знал, с чего начать.
За мгновение до того, как мы покинули поляну, старик тихо, нерешительно задал мне еще один вопрос.
— Милорд... Будет ли мне позволено спросить еще кое-что?
— Говори. — устало махнул рукой я.
— Почему вы отступили? Вы же бессмертны, и многое было отдано ради этого. Я думал, вы можете приносить себя в жертву вновь и вновь, пополняя тем самым силы. Если растянуть бой на несколько дней, или неделю... Был бы шанс взять их измором, разве нет?
Я остановился, надолго замолчав. А затем поднял глаза к звездам, чей слабый свет падал на нас сквозь кроны ночного леса.
— Сколько раз надо убить и воскресить человека, чтобы он сошел с ума, Улос? — негромко спросил я.
— Не знаю. — после краткого молчания ответил мой слуга. — Могу предположить, что у каждого свой предел. Вы учили меня, что даже одного раза иногда может быть достаточно...
— Безумец, обладающей моей силой, возможно, и сможет вырваться и победить в том бою. А может, его просто закроют в клетке, как дикого зверя. — посмотрел я в глаза личу. — Но так или иначе, я не желаю проверять этот предел на себе. Потому что бессмертное тело не означает бессмертный разум. Я все еще в начале своего пути.
Несколько мгновений мы смотрели друг-другу в глаза, и в глазах слуги я видел обещание. Я медленно смежил веки, принимая его. Слова здесь были не нужны.
— Что будем делать дальше, милорд? — невозмутимо осведомился лич, возвращая себе привычное спокойствие.
— Прикажи принести пленника. — кивнул я. — начнём с него.
— Будем поднимать лича? — оживился старик-экспериментатор.
Я ухмыльнулся.
— Нет, у меня есть идея получше…
Вскоре я стоял перед кругом культистов, а спящий древний волшебник мирно посапывал в ритуальном круге. Я прошёлся перед своими людьми, заложив руки за спину, и начал, словно бывалый лектор:
