Морёнов наклонился и потянулся к китайцу рукой: иди сюда, сопля зеленая!.. Китаец отодвинулся. Пограничник опустился на четвереньки и пополз под машину. Схватил за куртку и потащил того на свет божий, скользя, постанывая от собственного бессилия. Китаец отталкивался от него одной рукой, видимо, вторая у него была травмирована.
Юрий вытянул китайца на теневую сторону, поднялся. "Сейчас буду выбивать из тебя цитатки, посмотрим, какие они цветом. Может тоже такие же зеленые, как твои сопли?.."
Автомат висел на руке. Морёнов взял его в руки за цевьё и за шейку приклада. Ноги развёл в стороны. Готов был ударить в лоб торцом приклада. Потом будь, что будет. Хоть в дисбат, хоть… Падло!..
Китаец что-то бормотал, глаза его были навыкате, губы дрожали. Единственное, что можно было понять из его лепета – это Ванюса.
– Ванюшу вспомнил, хорёк вонючий! – саркастически воскликнул Юрий. – Вспомнил, как меня звать? Может ещё, и величать знаешь, как? Ну-ка, давай, скажи, а?.. У-ух, сопля зелёная!
Юрий закинул автомат за спину, схватил китайца за грудки, за борта бушлата, и затряс в нервном приступе. Он с детства не любил всяких скользких, осклизлых и сопливых, как тварей, так и людей. Как те, так и другие вызывали у него отвращение и брезгливость. С такими чувствами он выволок за кордон и китайца.
9
Родькин докладывал:
– Товарищ полковник, обстановка на границе сложная. Китайцы идут на откровенные провокации. В мангруппе потери. Сейчас на льду происходит новое столкновение и, возможно, ещё будут раненые. Нужно увеличить бригады "скорых". Одна машина уже здесь. На заставе нужно установить медицинский пост.
Выведена из строя вся наличная техника… По приказу подполковника Андронова её вывели на лёд, надо полагать, для дополнительного усиления границы. Однако это не помогло. Пограничников наши друзья выдавили на берег, а сами на технике провели пир вандалов…
Сам подполковник, мне кажется, сильно переутомился. Я его отправил в отряд… Командование операцией принял на себя… Есть!
Теперь о мероприятиях. Первое – срочно нужны прожектора. Китайцы, используя даже один, плохонький, и то имеют тактическое преимущество. Кроме вышедшего из Хабаровска, надо попросить у танкистов… Я понимаю: сами танки нельзя, но прожекторные-то установки у них имеются?.. Да пока мы дождёмся высочайшего соизволения, от нашего отряда здесь останется осьмушка с горкой!..
Слушаюсь, будем ждать. Второе. В отряде нужно организовать производство вспомогательных средств – резиновых дубинок. Поскольку автоматы постоянно применять нецелесообразно, люди могут войти в азарт, то дубинки для этих целей использовать было бы уместнее… Хотя бы из тех же резиновых колец от ацетиленовых и кислородных баллонов. Или же их нарезать из шлангов газосварочных аппаратов. Для усиления, внутрь трубки вставить металлические прутки, проволоку соответствующего сечения… Днём их будем прятать, хотя бы за пазухой. Ночью как будто бы не фотографируют…
Хм, у них дубиночки, дай Бог! И ничего, не боятся скандалов ни местных, ни международных… Мы-то их уж во всех фокусах засняли: и с книжками, и с флагами, и с транспарантами; и днём, и вечером…
Да и что теперь бояться скандалов, когда и так уже оскандалились на весь мир с нашими братьями. Теперь границу надо удерживать, и тут все бескровные средства хороши, те же дубинки. Иначе нам друзей не отвадить. Привыкнут и дальше пойдут…
И третье, товарищ полковник, пожалуй, самое невозможное в наших условиях: нужны люди!.. Да, мы с вами обсуждали этот вопрос, но выхода нет. Придётся идти на это, иначе мы положим тут всю мангруппу…
Так кто их знает? На прекращение своих мероприятий китайцы явно не спешат. Похоже, их акция намечается быть затяжной. Ещё на сутки точно затянется, а там… только Мао может ответить…
Да, людей с застав собирать придётся. По два, по четыре человека. Хотя бы отделение свежих сил к завтрашнему утру… Так точно, товарищ полковник, дайте приказ…
Детей семей командного состава заставы я распорядился вывести. Они выехали вместе с подполковником Андроновым… Нет, жены офицеров категорически отказались… Да, честно говоря, им и здесь дел хватает, за ранеными ухаживать…
Застава работает с напряжением, но в прежнем режиме. Наутро Савин обещает выделить человек пять-семь. И хорошо бы, если бы с других застав подъехали… Будем ждать. Насчёт переводчика ещё раз напомните штабу округа…
Хорошо. У меня всё… Есть! – Родькин хотел положить трубку. Но вошел Крайнев.
– Прибыл подполковник Крайнев, – и кивнул тому на приветствие.
Со второй машиной "Скорой помощи" приехал начальник санчасти отряда. Он вошёл в канцелярию в тот момент, когда начальник штаба заканчивал доклад по телефону.
Навстречу Крайневу поднялся начальник заставы. Савин был одет в полушубок, но не застегнут. Кобура и портупея лежали на столе. Отдали друг другу честь и пожали руки. Савин предложил присесть на стул возле стола.
– Присаживайтесь, Александр Данилович.