Крайнев сел. Снял с руки вторую перчатку, сунул обе себе за борт полушубка. Снял с головы шапку. Встряхнул с нее редкие снежинки, что успели нападать, пока он шёл от машины до заставы. Короткий ёжик волос на голове подбивала редкая седина.
– Собственно, сидеть некогда, Владимир Иванович, – сказал виновато Крайнев, словно отказывался от неожиданного застолья. Сказал негромко, чтобы не мешать разговору по телефону.
Но Родькин услышал и сделал рукой останавливающий знак: подождите, не уходите… Тот, согласно кивнув, спросил вполголоса Савина:
– Ну, как у вас дела?
– Веселые дела, не соскучишься. Бесятся, как черти на рождество. – Савин надел портупею и подтянул поясной ремень. – Дерутся, окаянные, и всем, что под руку попадает. Разрывают транспарант и этими стяжками, с оглоблю толщиной, махаются. Только успевай поворачиваться.
– Где пострадавшие?
– Пострадавшие?.. – удивился майор. – Нет, Александр Данилович, раненые. Пострадавшие – это в мирное время, а тут война, и не на жизнь, а на смерть.
У подполковника, пережившего Отечественную войну подростком и на оккупированной земле, дрогнули, как от испуга, густые черные брови: не шутишь?.. Спросил с недоверием:
– И много ли раненых?
– Человек двенадцать. Сейчас ещё прибудут. В Ленкомнате настоящий лазарет. Там наши женщины и прибывшие ваши сотрудники им оказывают помощь.
Родькин положил трубку, и включился в разговор.
– Насчёт войны вы, Владимир Иванович, конечно, преувеличиваете, но раненые, действительно имеются. Сейчас пройдём к ним.
В дверь кабинета постучали.
– Да. Войдите, – отозвался Родькин.
Вошел младший сержант, дежурный по заставе. Вытянулся у двери.
– Товарищ начальник штаба, – обратился дежурный к Родькину, козырнув, – разрешите обратиться к начальнику заставы?
– Обращайтесь.
– Товарищ майор, пограничный наряд подготовлен к несению службы. Куда прикажете доставить его для получения приказа?
– Вводите сюда.
– Есть! Наряд, в канцелярию!
Малиновский отступил в сторону, пропуская пограничников.
Наряд вошёл и выстроился в шеренгу в центре кабинета.
Пограничники были в шапках с завернутыми наверх клапанами, в валенках, в полушубках, некогда белых, но уже побуревшие от времени и тягот службы. На некоторых открытым стежком подшиты свежие заплаты. На ремнях подсумки, и если судить по объёму – заполнены магазинами все три ячейки. С другой стороны, через пряжку, штык-ножи, рукояти которых пристёгнуты ремешками. На плечах висели автоматы. У младшего наряда на ремне через плечо висела ещё и ракетница в кобуре.
При появлении наряда офицеры встали.
Савин надел шапку, заученно пробежал пальцами по пуговицам на полушубке, поправил портупею. Приложил выпрямленную ладонь к виску.
Ефрейтор приложил руку к шапке для доклада:
– Товарищ майор, пограничный наряд в составе ефрейтора Андреева, рядовых Зарьяна и Кориадзе, прибыл для получения приказа на охрану государственной границы.
Майор Савин отдал честь наряду. Опустил руку.
– Товарищи пограничники, задача усложняется. Вы сами видите, что происходит на нашем участке границы. Сами принимали участие в начальных событиях. Но открытая провокация, может таить в себе и скрытый замысел. Эта, – майор кивнул в сторону реки, – провокация, может быть всего лишь отвлекающей акцией. Возможно, за этим сумбуром будут проводиться целенаправленные нарушения государственной границы, с целью проникновения на территорию СССР нарушителей для проведения террористических акций, диверсий, направленных на уничтожение директоров заводов, фабрик, колхозов и совхозов, районных и областных руководителей. Сами слышали угрозы в адрес этих лиц. Маоистская политика становится всё непредсказуемее и оголтелой. И вы сами очевидцы задержания таких нарушителей. Тому пример – задержание террориста младшим сержантом Малиновским. – Голос начальника заставы звучал негромко, но четко.
При упоминании своей фамилии, Малиновский, стоявший на фланге наряда, вытянулся. Почувствовал, как к щекам прилила горячая волна. Церемония получения приказа всегда пограничника внутренне подтягивает. Присутствие же начальников и командиров из штаба отряда, усиливало это волнение.
Майор Савин спросил:
– У кого есть жалобы на состояние здоровья?
– Никак нет! – ответил ефрейтор.
– Никак нет! – повторили члены наряда.
– В таком случае – наряд! – майор повысил голос и приложил к виску ладонь. – Приказываю: пограничному наряду в составе ефрейтора Андреева, рядовых Зарьяна и Кориадзе, выступить на охрану Государственной границы Союза Советских Социалистических Республик. Вид наряда – дозор! Старший наряда – ефрейтор Андреев.
– Есть! – вытянулся, как бы вздрогнув, и без того стоявший в "струнку" ефрейтор. Вскинул к шапке ладонь. – Есть выступить на охрану Государственной границы Союза Советских Социалистических Республик! Вид наряда – дозор! Разрешите выполнять?
– Выполняйте.
– Есть!
– Наряд! – подал команду дежурный по заставе, отступив от него на шаг вперёд. – Налево! На выход шагом марш!
Пограничный наряд повернулся, глухо шаркнув валенками по полу, и строем, в ногу, вышел из канцелярии.