«Не ходите, взрослые, в Африку гулять», — думал Виктор, вводя в Зейлу свою группу. Развалины только призрачно напоминали, что когда-то, до войны, здесь были улицы.
Было ощущение, что они попали на съемочную площадку блокбастера и сейчас откуда-то выскочит ассистент режиссера и предложит им лимонаду и отдельную комнату с кондиционером. Однако из руин появились трое людей с автоматами и уверенной походкой подошли к Виктору, возглавлявшему процессию. Их прически напоминали «кудри» сбежавшего недавно Вубшета. «Ватутси», — смекнул журналист и превратился в слух.
— Резких движений не делаем, — вполголоса скомандовал он своим спутникам. — Говорю только я.
— Кто вы такие и что вам нужно? — спросил один из автоматчиков на хорошем английском языке.
Выглядели мужчины неважно: рваные джинсы, никогда не видавшие стирки, фута бенадиры[21] были настолько грязны, что их натуральный цвет определить было невозможно. На ногах у них были легкие ботинки, видимо, давно снятые с убитых врагов или точно таких же «воинов»…
— Нам нужен Усуббли, — ответил Виктор, неторопливо оглядев всех троих мужчин.
— Кто вы такие? — с нарастающей агрессией спросил второй боец, щелкая затвором автомата.
— Мы — белые, — коротко и спокойно ответил Виктор, без страха смотря наглому африканцу прямо в глаза. — Нам нужен Усубали.
— Да? — улыбнулся боевик, обнажив гнилые зубы. — А может, вас сразу застрелить?
При этих словах Сигрид испуганно посмотрела на Виктора, а затем на Стурена, Маломужа и Хорунжего. У Густава все похолодело внутри и подогнулись ноги.
— Я думаю, — так же спокойно, как и раньше, ответил Виктор, — Муса будет очень недоволен.
— Муса?! — глаза ватутси забегали. — Ты знаешь Мусу?
Виктор кивнул головой, улыбнулся и достал из кармана сотовый телефон.
— Хочешь поговорить с Мусой? Спросить у него, будет ли он доволен, если я умру?
Ватутси были в замешательстве. В иерархии пиратов они занимали очень невысокие места — скорее всего, это был патруль.
— Дозорными верхушку не ставят, — сказал Виктор на русском своим спутникам, пока ватутси совещались, что делать.
— Говори на английском! — вскрикнул второй ватутси и опять щелкнул затвором.
— Тебе это поможет? — спросил Виктор и снова посмотрел агрессивному воину в глаза.
— Ты — янки? — сердито спросил первый ватутси.
— Янки — дети по сравнению со мной, — в стиле самих пиратов ответил Лавров. — Мне нужен Усубали по очень важному делу. От этого зависит ваш заработок.
— Да кто ты такой!.. — громко крикнул второй ватутси, но первый оборвал его на полуслове, буквально шипя на него. Затем он снял свой автомат с плеча и дал очередь под ноги своего неспокойного товарища, который тут же успокоился.
Что-то сказав в рацию, первый обратился к Лаврову.
— Хорошо, парень. Мы отведем тебя к Усубали.
— Нас… нас к Усубали, — уточнил Виктор.
«Интересно, в каком из этих сараев прячется Усубали?» — думал Виктор, когда шел сразу за первым ватутси по развалинам Зейлы. Вслед за журналистом семенила Сигрид, боязливо озираясь назад. Сразу за ней пристроился второй патрульный и, глядя на нее сальными глазами, что-то говорил вслух на своем родном сомали. Нетрудно было догадаться, что он комментировал формы белой женщины. Так продолжалось всего несколько минут, когда вдруг в один из таких пассажей Виктор вынырнул откуда-то из-под Сигрид и приставил свой тесак к горлу пирата. Темнокожий широко открыл глаза и отчаянно задышал.
— Еще раз посмотришь на нее так или что-то скажешь… Умрешь, — очень спокойно сказал пирату Виктор и легонько провел краешком лезвия по черной коже.
Из царапины стала сочиться кровь. Виктор убрал нож, вытер его пальцем и, проведя им по своей щеке, оставил на ней рубиновую полосу как напоминание…
— Мне нравится этот парень, — засмеялся первый ватутси, похлопав журналиста по плечу, и посмотрел на своего товарища. — Зу́ла, свали отсюда. Ты хочешь проблем? На, лучше возьми себе кат.
Первый протянул второму несколько листьев растительного наркотика.
Озадаченный Зула отстал от процессии и шел поодаль, больше ни к кому не цепляясь, и вскоре совсем успокоился.
Виктор вскоре понял, что ошибся. Усубали не сидел ни в одном из «сараев», встретившихся им на пути. Его группу вывели на другой край Зейлы. Виктору это не понравилось, и он шепнул Маломужу и Хорунжему:
— Приготовьте-ка пушки, детки, на всякий случай.
На что ребята только одобрительно кивнули головами. Однако все опасения были напрасны. Никто никого не собирался расстреливать.
Впереди виднелись два высоких холма, по величине больше похожих на сопки, чем на горы. К ним экспедицию вели уже добрых двадцать минут. У самого подножия одной из «сопок» путников встретил уже другой патруль с такими же странными прическами и автоматами наготове. Перекинувшись несколькими словами с первым ватутси, патруль расступился, и вся компания проскользнула между двумя возвышенностями. Здесь перед ними открылась долина, густо засаженная растительностью: деревьями, кустами, громадными фикусами и алоэ.
— Что это за поселок? — всполошился Хорунжий. — Его на карте нет!
