Глаза воительницы покраснели от долго дремавшего в ней гнева. Сефи смотрит так, будто уже много лет знает о двуличности матери. Более двадцати пяти лет Сефи внимательно слушала все, что говорилось вокруг. Возможно, мать даже рассказала ей правду. Сефи станет королевой, и, вероятно, Алия сочла, что наследница трона имеет право знать истину. Быть может, Сефи даже слышала все то, что сказала нам на аудиенции Алия. Что-то в ее взгляде подсказывает мне, что так оно и было.
– Сефи, если ты отдашь меня золотым, эпоха их правления продолжится, значит жертва твоего брата была напрасной. Если тебе нравится, как устроен этот мир, то сделай это. Если же считаешь, что он жесток и несправедлив, рискни! Позволь мне поделиться с тобой теми тайнами, которые скрывает твоя мать. Я покажу тебе, что твои боги – обычные смертные. И ты сможешь вернуть долг чести брату.
Погрузившись в раздумья, она смотрит на гуляющую по полу поземку. Потом медленно кивает, достает из складок плаща железный ключ и подходит ко мне.
На Тропе меченых холодно и ветрено, обледеневшие ступеньки неумолимо поднимаются к небу, исчезая в облаках. Но это всего лишь лестница, и мы шагаем по ней, освобожденные от оков и переодетые в валькирий. На нас маски с синими черепами, дорожные плащи и огромные сапоги, позаимствованные у трех женщин, которые остались стеречь грифонов у подножия храма. Сефи идет первой, потом мы, за нами – восемь других валькирий. Когда мы забираемся на самый вверх, у меня от напряжения дрожат ноги. На вершине горы возвышается построенное золотыми здание из черного стекла. Восемь башен, каждая принадлежит одному из богов. Между нами и жилищем золотых находится второй храм в форме огромного кричащего лица, размером с замок братства Марса. Перед храмом разбит небольшой квадратный парк, в центре которого стоит почерневшее дерево с искривленным стволом и узловатыми ветвями, охваченными огнем. Посреди оранжево-алых языков видны белые цветы, совершенно не тронутые пламенем. Валькирии в страхе перешептываются, увидев магию богов в действии. Сефи аккуратно срывает с дерева цветок. Огонь лижет края ее кожаных перчаток, но ей удается не обжечься и принести подругам крошечный белый цветок в форме слезинки. От прикосновения человеческих рук он вдруг вырастает до огромных размеров, становится кроваво-красным, потом чернеет и осыпается пеплом. Никогда не видел ничего подобного, но мне, в общем-то, и нет дела до всех их фокусов – тут слишком холодно. На снегу перед нами проступают кроваво-красные следы. Сефи и ее валькирии замирают на месте, вытянув перед собой руки и сложив пальцы в защитном жесте, чтобы отогнать злых духов.
– Не бойтесь, они просто спрятали кровь под каменными плитами, она не настоящая! – успокаивает их Мустанг, но валькирии в ужасе взирают на появляющиеся на земле следы, ведущие к раскрытому в беззвучном крике рту божества.
Они в страхе переглядываются. Даже Сефи опускается на колени, когда мы подходим ко входу в храм. Мы следуем ее примеру, прижимаясь лбом к каменным плитам, и тут горло бога открывается, и оттуда выходит древний старец, с белой бородой и молочно-фиолетовыми глазами.
– О безумцы! – вопит он. – Вы, видно, лишились рассудка, словно безмозглые вороны, если явились сюда перед наступлением зимы! – громогласно заявляет он, сопровождая каждое слово ударом посоха о ступеньки. – Скоро не останется ничего, кроме костей и замерзшей крови! – произносит он заученные слова. – Что вам нужно? Вы пришли на испытание меченых?
– Нет, – старательно выговариваю я нагальские слова.
Испытание меченых – последнее, что нам нужно, ведь черные предстают перед богами только после того, как заслужат татуировки на лице. Рагнар считал, что эту страшную пробу не смогу выдержать даже я. Есть только один способ привести к нам богов – поймать их на живца.
– Нет? – растерянно переспрашивает фиолетовый. – И зачем же вы осмелились явиться сюда?
– Мы просим аудиенции у богов!
Валькирии могут выдать нас в любой момент, достаточно одного их слова. Чувствую, как напрягаются плечи. Единственное, что позволяет мне не потерять рассудок, – Мустанг, преклонившая колени рядом со мной на вершине этой проклятой горы. Она поддерживает мой план, значит я не совсем свихнулся. По крайней мере, я на это надеюсь.
– Безумцы! – произносит фиолетовый, которому мы уже порядком надоели. – Боги приходят и уходят, когда пожелают! Они возносятся в Бездну и опускаются на дно океана, но никогда не являются смертным! Что есть время для бессмертных? Лишь меченые достойны их любви! Только меченые могут вынести пламенный взгляд! Только дети льда и темнейшей из ночей!
Он начинает меня раздражать, поэтому я быстро отвечаю:
– Корабль из железа и звезд упал к нам из Бездны. За ним тянулся огненный хвост! Он ударился о землю в горах рядом со Шпилями Валькирий и обжег небо, окрасив его в кроваво-красный цвет!
– Корабль? – заинтересовался фиолетовый, как мы и надеялись.
– Из железа и звезд! – повторяю я.
– Откуда знать вам, что то было не видение? – проверяет нас фиолетовый.
