Внезапно я чувствую себя подростком, застуканным за первым сексом. Поспешно натягиваю трусы, наблюдая, как Маккензи натягивает свою одежду.
— Мик, давай скорее. Я не могу торчать тут весь день, — последовал нетерпеливый призыв Джеки.
— Еще секундочку! — откликается Микки.
Девушка оборачивается ко мне в тот момент, когда я пытаюсь натянуть майку через голову.
— В комнату. Сейчас! — приказывает она, указывая в сторону спальни.
— Да в чем проблема? — я сую ноги в шорты.
— Они не должны знать мои дела, — шипит она.
Я поднимаю руки в защитном жесте, делая шаг в сторону спальни.
— Все в порядке. Сожалею. Я не знал, что у этого всего такой огромный секрет.
Мои слова тормозят ее на месте. Она вздыхает и заканчивает заплетать волосы в хвост, прежде чем подойти ко мне.
— Извини. Просто не... — останавливается она и кладет руку мне на щеку. — Просто не обращай внимания. Доверься мне. Будет лучше для нас обоих, если она не узнает, что мы провели ночь вместе.
Я наклоняюсь, чмокая ее в кончик носа.
— Ну что же, если ты этого хочешь, я исчезну.
— Спасибо, — мои очки она выуживает из воздуха, водружая их мне на нос. — А ты мне нравишься в очках. В них ты делаешься похожим на...
— Жаркое, — заканчиваю я за нее.
Она усмехается, покачав головой.
— Сложное.
— И горячее, — добавляю, ущипнув ее за нос.
Микки хихикает, отмахиваясь от моей руки.
— И горячее, — соглашается она.
— Маккензи, да ладно. Наверное, пена уже лезет у тебя из ушей, — кричит между тем Джеки.
— Лучше открыть ей, — я оставляю легкий поцелуй на ее губах, исчезая в спальне и закрывая за собой дверь.
В середине кровати восседает никто иная, как Ее Высочество Дива Макки. Она вытягивает лапы вперед, растягивая свое маленькое тельце на полную длину. Я хмыкаю и усаживаюсь на край кровати. Она топчется по мне, проталкивая свою головенку под мою руку.
— О, теперь ты хочешь подружиться, — я наблюдаю, как котенок выпрашивает ласку. Я чешу ее за ушами. Когда ей это надоедает, она отталкивает мою руку, ткнувшись мокрым носом, и соскакивает с кровати. — Я чувствую себя отвергнутым, — объявляю я Макки. Она фыркает на меня, поднимает хвост трубой и гордо удаляется.
За пределами комнаты, я слышу приглушенный разговор Джеки и Маккензи. Я прислушиваюсь, изо всех сил пытаясь разобрать, о чем идет речь, и не могу. Становится скучно, и я начал делать то, что делает любой здравомыслящий парень в такой ситуации. Я тайком начинаю осматривать её вещи.
В каждом ящике ее комода находятся трусы, лифчики, носки, и все те вещички, что все женщины используют, чтобы подчеркнуть свое отличие от нас, диких мужчин. Я не нахожу ничего интересного, пока не попадаю в тумбочку около кровати. Маккензи не врала, у нее не было вибратора. Это действительно было так, однако у нее был дилдо. Массивный, телесного цвета, который заставил бы любого человека чувствовать себя так, будто у него микропенис. Для сравнения. Я вытаскиваю его из полки, фырча и хрипя. В общем, прилагая немаленькие усилия для того, чтобы откровенно не расхохотаться.
— Черт, Микки, я знаю, что ты испорченная девчонка, но это... — я потряс его сильнее, наблюдая, как он колеблется туда и обратно. — Это превзошло все мои ожидания.
Я не могу устоять перед возможностью сделать снимок. Похлопав по карманам шорт, я убеждаюсь, что сотовый телефон отсутствует. Все, что я нащупываю это ключи. Тогда я вспоминаю, что угробил свой телефон. Недовольный, я кладу дилдо обратно в ящик тумбочки и продолжаю свою работу по изучению личной жизни Маккензи. Она убьет меня, если узнает, что я рылся в ее вещах, но слишком весело мне здесь и сейчас, чтобы беспокоиться о собственной кастрации в будущем.
Глубоко просовывая в ящики руки, я ищу другие тайны, которые, возможно, у нее есть. Я ничего не нахожу, зато мне весело. Но вот мои пальцы натыкаются на что-то прямоугольной формы, на ощупь довольно жесткое. Я это вытаскиваю, в некотором шоке определив это как коробочку «Тиффани и К», ювелирную. Мое сердце рвется в горло и начинает биться быстро-быстро. Сняв верхнюю крышку, я обнаруживаю бриллиантовое ожерелье внутри.
Я пячусь назад, опускаясь на кровать. Ожерелье, лежащее внутри футляра, служит мне напоминанием о том, что между нами не все гладко. Даже если прошлой ночью случился прорыв, нам все же о многом нужно поговорить. Было много чего над чем стоит поработать, и единственная ночь страсти мало что может изменить. Надо многое обсудить, в том числе и то, почему все же она оставляет меня на первом месте. Да и не только это. Пришло время Маккензи узнать о моем прошлом. Если она выбирает меня, чтобы быть вместе, и если прошлая ночь это задел на будущее, тогда стоит рассказать ей все обо мне. Она должна знать всю правду. Начиная с того чудовища, каким я все-таки был.
Пока я сижу, завороженно смотря на ожерелье и предаваясь своим грустным мыслям, дверь в спальню распахивается и влетает Юстис.
— Макки! — кричит он. — Здесь Макки.
— Нет, Юстис, — Маккензи зовет его обратно.
Мальчик видит меня и отпрыгивает назад. Его глаза расширяются, когда он узнает меня.
— Дрю!
