Эффектной иллюстрацией того, к чему приводит отсутствие правил и бюрократических процедур, служит история Самуэля Морено, избранного мэром столицы Боготы в 2008 году. Оказавшись у власти, Морено создал «теневое правительство» Боготы, которое делегировал своему брату Ивану. Иван создал то, что колумбийцы теперь называют «контрактной каруселью», и заведовал раздачей всех контрактов для города. Братья использовали эту систему для получения взяток, составлявших иногда до половины стоимости контракта. Для сокрытия незаконной деятельности они часто встречались в Майами, отправляясь туда на частном самолете. Братья разработали свой жаргон: их доля в контракте называлась «укусом» – «мордида», – с этим словом мы уже встречались в Главе 9, когда описывали Гватемалу. Настоящей жемчужиной в коллекции «укусов» стал контракт на создание интегрированной транспортной системы города, которая ежедневно пропускает через себя миллионы человек. Доля братьев Морено составляла восемь песо за пассажира. На этом они не остановились. Они присваивали себе все, что только можно было присвоить. Они по своему усмотрению распределяли контракты на оказание услуг скорой помощи, и их приспешники забирали себе половину выделенных средств. Получить контракт без выплаты «укуса» было невозможно, и к тому же братья обвиняли таких претендентов в жадности. На постройку моста, который должен был связать 9-й квартал с 94-й улицей и разрешить проблему пробок в Боготе, было выделено 45 миллиардов песо (15 миллионов долларов США). Строительные работы так и не начались, а деньги исчезли. Никто точно не знает, сколько в общей сложности получили братья; по некоторым оценкам, их накопления могли достигать 500 миллионов долларов.
Самюэль Морено – далеко не посторонний в колумбийской политике. Его дед, Густаво Рохас Пинилья, в 1950-х годах был военным диктатором, а в 1960-х годах попытался показать себя демократом. Как и Морено, представители политической элиты Колумбии воспринимают государственный бюджет как средство пополнения своего личного благосостояния. При любой возможности они рады поживиться и за счет земли.
Огромное количество земли в сельских районах Колумбии официально считается «бальдио», то есть пустошью, и ею владеет правительство. Исследование Джеймса Робинсона показывает, как начиная с XIX века колумбийское правительство принимало множество законов, предполагающих распределение земли и наделение правом собственности на нее. Закон 160, принятый в 1994 году, утверждает, что прожившие на бальдио пять лет или более, могут подавать прошение в Институт аграрной реформы INCORA (
Закон в данном случае подлежит интерпретации. Здесь нет черно-белого решения.
Фрагментированная, неэффективная природа Бумажного Левиафана имеет важные последствия для свободы, в частности для контроля над насилием. Макс Вебер определял государство, как «человеческую общность, которая (успешно) устанавливает монополию на законное использование физической силы на определенной территории». Вследствие способа, каким Бумажный Левиафан применяет свою власть, он не может обладать такой монополией на физическую силу, законно ее использование или нет. Колумбия также служит иллюстрацией разрушающих последствий отсутствия монополии на насилие со стороны государства.
