По кухне разносятся просто божественные запахи. Последний раз на ней так восхитительно пахло, когда Ло Кай готовил карри. Цай Яну уже давно пора признать, что его окружают люди с уникальными кулинарными способностями. А-Бэй сколько угодно может убеждать его в том, что он вкусно готовит, Цай Яну прекрасно известно, что вежливый ребенок просто не хочет его расстраивать. Едва придя в относительную норму, Сун Чан стал готовить сам, за что ему еще одно огромное спасибо.
Сун Цин только подсказывает, но саму ее к плите никто не подпускает. Накатившая на нее слабость лишь усилилась, к тому же она снова плачет. Цай Ян только зубы стискивает, вонзая нож так глубоко в картошку, что срезает не просто кожуру, а добрую четверть с клубня.
– Она такая хорошенькая! – шмыгает носом Сун Цин, глядя в телефон А-Бэя. – Вы так похожи.
Они смотрят фотографии Сун Фэй. Это та самая тема, которую пора обсудить нормально, но пока получаются только слезы. Цай Ян не собирается торопить Сун Цин – слишком ко многим вещам им всем еще только предстоит привыкнуть. Кроме того, сделать ничего по-прежнему нельзя. Сун Цин еще слишком слаба, у нее даже нет документов. Фа Цаймин смог только предоставить бумаги о ее исчезновении и долгих поисках, чтобы ее впустили обратно в страну.
– Сестра, – вздыхает Сун Чан. – Все хорошо, пожалуйста, не плачь.
– Да, – подхватывает А-Бэй. – Не плачь, тетя. Мы обязательно что-нибудь придумаем.
Сун Цин кивает, вытирая с щек остатки слез. Она так и держит перед собой фотографию девочки, улыбаясь и всматриваясь в ее черты. Цай Ян знает, что А-Фэй – маленькая красавица, которая внешне похожа даже не на родителей, как А-Бэй, а скорее на нее и Сун Чана: такая же большеглазая, невысокая и на первый взгляд совершенно беззащитная.
– Как хорошо, что с ней все в порядке, – говорит она и все же отдает телефон А-Бэю.
Новая порция слез начинается, когда звонит Мао Янлин. Поговорив с ней всего несколько минут, чтобы подготовить к новостям, Цай Ян отдает свой планшет Сун Цин. Ему хочется зажать ладонями уши, чтобы не слышать, как обе плачут и бессвязно, не заканчивая половину предложений, говорят друг другу о том, как скучали. Он готов воздать хвалу небесам, когда слышит стук в дверь. Кто бы это ни был, он только что спас его от разрыва сердца.
Впрочем, этот человек всегда спасает его. Абсолютно всегда.
– Ло Кай, – выдыхает Цай Ян, распахнув дверь.
– Здравствуй, – говорит Ло Кай.
Цай Ян так рад его видеть, что не сразу находит слова. Вчера, когда он ушел, Цай Яну стало по-настоящему холодно и страшно. Когда Ло Кай был рядом, даже если он молчал, ему было проще держать себя в руках. Он и не помнит, как они попрощались. Все было словно в тумане. Это он его позвал?
– Утром позвонил Сун Чан, – отвечает Ло Кай на так и не заданный вслух вопрос. – Ты уверен, что я не помешаю?
Цай Ян может только покачать головой. Он пропускает Ло Кая в квартиру и снова застывает, глядя на него, пока тот не протягивает ему длинную коробочку в красной матовой обертке.
– Что это? – вскидывает брови Цай Ян, проводя пальцами по атласной ленте, которой перехвачен уголок.
– Это тебе.
– Ло Кай, ты меня балуешь. Самый большой подарок ты мне уже подарил.
Ло Кай чуть хмурится в ответ, и Цай Ян вздыхает, слегка покачивая коробочкой в руке.
– Вчера ты был рядом. Мне это очень помогло.
– Да.
Цай Ян улыбается. Он хочет открыть подарок, но в ноги Ло Каю с протяжным мурчанием бросается Жучок, почти с разбегу утыкаясь ему лбом в лодыжку.
– Ты долго будешь держать человека на пороге? – кричит с кухни Сун Цин.
– А что, вы уже нарыдались там? – надувшись, отзывается Цай Ян.
– Сейчас в лоб получишь!
Ло Кай подарил ему новые кисти. Цай Ян старается не думать о том, сколько они стоят, но это все равно сложно выбросить из головы – он видел такие в магазине, но старался даже не подходить к тем полкам. Какой смысл смотреть на то, что никогда не сможешь себе позволить? А теперь это у него в руках, и он долго рассматривает каждую кисть под пристальным взглядом темных глаз.
– Спасибо, Ло Кай. Я и не мечтал о таком, – искренне говорит он, повернувшись к гостю.
Ло Кай, кажется, облегченно выдыхает. Неужели он хотя бы допускал мысль о том, что ему может не понравиться?
– Господин Ло, мы вчера так нормально и не познакомились. Я Сун Цин, – вежливо представляется Сун Цин. – Подруга Цай Яна. Ну и… его сестра и его тетя, – она кивает на брата и племянника.
– Рад познакомиться лично, – отвечает Ло Кай. – Я Ло Кай…
– Господин Ло столько сделал для нас, сестра. Вы всегда желанный гость в этом доме, – говорит Сун Чан, широко улыбаясь.
Неловкость ситуации спасает Жучок, запрыгнувший Ло Каю на колени. Лицо Сун Цин приобретает странное выражение, которое Цай Ян иначе, как умиление, и назвать не может. Кто бы мог подумать. Ло Кай, несмотря на остающуюся на его брюках шерсть, приобнимает кота одной рукой, почесывая пушистую щеку. Тот ластится к его пальцам и едва не сваливается на пол, потянувшись за его ладонью.
– Крокодил, – фыркает Цай Ян и возвращается к картошке.
