Тогда Дженни резко развернулась, решив «заметить» Изабеллу.
– Вы, наверное, новый офис-менеджер, о котором все только и говорят. Ходят слухи, что вы считаете Фэллона чуть ли не современным Шерлоком Холмсом.
– У вас неверная информация: я не только занимаюсь канцелярской работой в офисе, но и помогаю Фэллону в расследованиях, – спокойно сказала Изабелла.
– Насколько я слышала, вы предоставляете своему шефу и услуги особого рода, – с холодной усмешкой заявила Дженни.
Фэллон сделал шаг ей навстречу. Воздух вокруг наполнился зловещей энергией.
– Ты сказала достаточно, Дженни. Изабелла не имеет к нашей истории никакого отношения.
– А она знает, как мы расстались? В курсе, что ты убил моего брата?
Изабелла с тревогой смотрела на туман, который угрожал поглотить Дженни, и поняла, что пора вмешаться.
– Я знаю, что на самом деле произошло в ночь смерти вашего брата, а также вижу, как ваша тайна медленно, но верно вас разрушает. Вам ведь известна старая поговорка «правда освобождает»?
– Вы сами не понимаете, что говорите! – надменно заявила Дженни. – Фэллон Джонс убил моего брата.
– А разве не вы подвергли Фэллона действию волшебного фонаря? – мягко поинтересовалась Изабелла. – Такеру не нужно было использовать сверхспособности, чтобы проникнуть в квартиру и заменить лампочку, это сделали вы. Так что, когда ваш брат пришел, Фэллон уже мало что соображал.
Фэллон будто окаменел, Дженни вдруг взвилась как фурия и прошипела с ненавистью:
– Ты сумасшедшая!
– Вовсе нет. Кроме того, я уверена, что Фэллон знает правду. И скорее всего с самого начала понял, что случилось.
– Никакая это не правда! – воскликнула Дженни и повернулась к бывшему жениху: – Заставь ее замолчать.
– Это не так-то просто.
Изабелла шагнула к Дженни и остановилась.
– Не хочу тебя пугать, но, думаю, ты не сможешь долго держать это в тайне. Я видела такой горячий туман и раньше. Если бы тебя сжигала ненависть, то никаких проблем: социопаты питаются огнем людских страданий, – но ты хороший человек и когда-то Фэллон был тебе дорог, поэтому тебя иссушает жар иного рода, разве нет? Тебе понятно, что он с тобой делает.
– Замолчи! – едва сдерживая рыдания, воскликнула Дженни. – Просто замолчи. Пожалуйста…
Изабелла смолкла. Фэллон стоял не двигаясь.
Дженни больше не могла сдерживаться и разрыдалась. Вдруг все в ее душе начало рассыпаться под ужасающим гнетом тайны, которую она там прятала.
Изабелла подошла к ней и попыталась приобнять, но девушка сопротивлялась, пока последняя преграда не рухнула. И тогда она уткнулась Изабелле в плечо и зарыдала в голос.
Спустя какое-то время к ним подошел Фэллон и протянул Дженни аккуратно сложенный белый платок. Изабелла улыбнулась, подумав, что мало кто из современных мужчин носит с собой чистый носовой платок на случай если придется вдруг успокаивать заплаканную даму. Но таков был Фэллон – человек будто из другой эпохи, из тех времен, когда честь и рыцарство ценились превыше всего.
– Я верила ему. – Дженни взяла платок, вытерла глаза и перевела дух. – Прости меня, Фэллон. Но он был моим братом и я безоговорочно верила ему.
– Я знаю это: Такер был моим другом и партнером и я тоже всегда ему верил.
Дженни вздохнула.
– Ты, наверное, вообще все знаешь. Да, ведь ты Фэллон Джонс, у тебя на все есть ответы.
– Не на все, – возразил он.
– Ну, по крайней мере в этом деле. – Дженни посмотрела ему в глаза. – Да, в ту ночь я включила волшебный фонарь – спрятала лампочку в торшере. Излучение повлияло и на меня тоже, но не так сильно, как на тебя, потому что твои способности гораздо мощнее моих. Я… знала, что так случится.
– Такер тебе сказал, что тем клубом заведовал я и поставлял фонари в кабинеты для избранных клиентов тоже я, – произнес Фэллон. Это был не вопрос, а утверждение.
– Да. – Дженни всхлипнула. – Это моя вина. За все, что произошло, ответственна я, потому что создала те проклятые фонари.
– Но зачем? – спросил Фэллон.
– Это был эксперимент, – объяснила Дженни. Теперь ее голос звучал пусто и безжизненно. – Очень многие психоактивные лекарства не действуют на людей с мощным даром. Я пыталась найти способ лечения у них депрессии, тревожности и посттравматического стресса, которым они тоже подвержены, вот и решила, что если воздействовать лучами паранормального светового спектра, то, возможно, состояние обладателей с пси-энергии улучшится.
Фэллон, слушал молча, хотя и было видно, что информация его шокирует.
– Я начала работать с записями одного моего предка, обладавшего даром видения и разложения на составляющие светового спектра, который жил в тридцатые годы прошлого века, и в итоге сконструировала весьма необычный прибор. Состоял он из различных пород кварца и янтаря, которые по своей природе паралюминисцентны и парафорсфоресцируют.
– О боже! – не выдержала Изабелла. – Сколько новых слов я узнала.
Дженни, будто не слышала ее, продолжила:
