«Сегодня ночью, — писал министр, — либо позже на территорию Словакии вступят немецкие части с задачей оказать помощь в ликвидации партизан. Соответствующим образом проинформируйте офицеров и личный состав, чтобы при подходе немецких частей им не оказывалось ни малейшего сопротивления, чтобы с ними держались дружески и совершенно корректно»...
Вечером Чатлош выступил по радио. Он говорил о создавшейся обстановке в Словакии, о том, что режиму недостаточно собственных сил для борьбы с партизанами, и поэтому правительство призвало на помощь немецкие войска.
30 августа банска-бистрицское «Словацкое свободное радио» сообщило о начале восстания всему народу и миру. Военное командование отдало приказ о выступлении.
В тот же день вечером Волчков и Морозов направили в Украинский штаб партизанского движения радиограмму о положении в Словакии. Через несколько часов поступил ответ:
«31.8.44. 3.00.
Волчкову, всем партизанским командирам.
Вашей главной задачей является помощь в борьбе за новую, демократическую Чехословакию. Договаривайтесь с Патриотическими организациями и армией об основных боевых действиях, подготавливайте народ к вооруженной борьбе. Захватывайте и защищайте города, пути сообщения и железнодорожные узлы. Парализуйте железнодорожный и автомобильный транспорт. Если не сможете удержать города и железнодорожные узлы, то вместе со словацкой армией и вооруженными патриотами переходите к партизанским методам борьбы.
Строкач».
Первая неделя восстания стала критической как в политическом, так и военном отношении. Начавшееся в сложной обстановке, Словацкое национальное восстание с первых шагов начало развиваться не по планам Словацкого национального совета и военного командования. Фашисты разоружили братиславский гарнизон. Волчков и Морозов, узнав об этом, не усомнились в точности информации, зная, что это могло случиться, так как в городе находился немецкий гарнизон, который имел свои отряды фольксштурма, центральный штаб безопасности, сильную полицию. Здесь также размещались немецкая военная миссия и филиал гестапо. Все эти военные формирования по своей численности значительно превосходили словацкий гарнизон и легко справились с ним.
Это был первый чувствительный удар по восстанию. Второй в то же время последовал на востоке Словакии: немцы с согласия правительства Тисо разоружили 1-ю и 2-ю словацкие дивизии, державшие в Карпатах фронт против Красной Армии, и заняли их позиции, значительно укрепив оборону в горах. Основная масса словацких солдат и офицеров была пленена, часть ушла к партизанам, часть разошлась по домам.
Так в считанные часы восстание лишилось лучших регулярных войск в Западной и Восточной Словакии. Не теряя время, немцы повели наступление на Центральную область. Они считали, что теперь проведут просто полицейскую акцию, в которую включили две дивизии, полк «Шилл», батальон «Шефер» и другие подразделения, насчитывавшие в общей сложности пятнадцать тысяч человек. Но акция не имела успеха. Командующий немецкими войсками стал срочно стягивать дополнительные силы. Спустя несколько дней он бросил в бой уже четыре дивизии: одна двинулась из района Кошице на север, две — из района Кракова на юг, еще одна — из района Брно на юго-восток. Однако и этих сил оказалось недостаточно. Стремясь как можно быстрее разгромить восставших, Гиммлер направил в Словакию дивизию «Хорст Вессель» из Венгрии, бригаду «Дииленвагер» из Польши. Позже к ним присоединились части моторизованной дивизии и танковой дивизии СС «Адольф Гитлер», горная артиллерия, альпийские стрелки, части службы безопасности.
Фашистские войска со всех сторон обложили центральные районы Словакии и повели решительное наступление. Командующий немецкими войсками хвастливо заявил:
— На этот сброд мне хватит четырех дней.
Но «сброд» оказался крепким орешком, не по генеральским зубам.
Полноводной рекой разливалось по стране народное восстание.
29 августа одна немецкая дивизия начала наступление вдоль кошицко-богемской железнодорожной линии на Жилину и затем на Попрад. На этом участке фронта сложилась критическая обстановка. Из штаба Голиана поступила просьба к Волчкову выступить с бригадой навстречу наступающему противнику и остановить его продвижение.
Для переброски бригады пришлось мобилизовать весь грузовой автотранспорт. Три минометных и одна пушечная батареи, чешская рота Горана, рота советских десантников. Щетинина, словацкая рота Бобчака и французская рота Линара на машинах первыми выступили в район боевых действий, остальные подразделения бригады на гужевом транспорте и в пешем порядке форсированным маршем двинулись за ними. Колонна, насчитывающая более трех тысяч человек, растянулась на несколько километров.
