Ладислав бил из автомата по метавшимся солдатам и только один раз бросил беглый взгляд на вражескую батарею: там с короткими перерывами рвались мины и артиллеристы, укрывшись в окопах, даже не пытались спасти свои беззащитные орудия.
На дороге остановился батальон. Замыкающая рота перестроилась в боевой порядок и повела атаку на кустарник, где засели партизаны. Она еще была далеко и пока не представляла опасности, но Ладислав не выпускал ее из поля зрения, понимая, что именно она, а не та, возле кухни, прижатая к земле партизанским огнем, может решить дело.
Бой гремел по всему ущелью. Ладислав ясно слышал выстрелы и разрывы севернее и южнее того места, где находился со своей группой, на противоположной стороне ущелья. Фашисты, застигнутые врасплох, не могли сориентироваться и оценить неожиданного противника, вели огневой бой, не предпринимая активных действий. И лишь одна рота выдвигалась к кустарнику, обходя стороной батарею, где стояли два разбитых орудия. Солдаты бежали, вскинув автоматы, ведя огонь на ходу. Ладислав понял, что эту атаку разведчикам не отбить и передал команду:
— Пулеметчикам остаться, остальным отходить в лес!
Ладислав решил держаться до тех пор, пока разведчики не укроются в лесу, но наступавшая рота замешкалась на крутом подъеме, заваленном камнями и валунами, порыв ее иссяк, огонь ослаб.
— Все — живо в лес! — скомандовал он, отползая с опушки.
Разведчики оторвались от немцев, вышли из зоны огня и скоро оказались в лесу, где их ожидали товарищи.
— Мины израсходованы все, два орудия уничтожены, — доложил Ладиславу Марек Козак, удерживая на губах торжествующую улыбку.
— Молодцы! — радуясь за удачный бой, за товарищей, похвалил Ладислав. — Раненые есть?
— Трое. Мы перевязали их.
— Они сами могут идти, — отозвались голоса.
— За мной, товарищи, — Ладислав пошел в глубь леса.
Третий час в ущелье шел бой, третий час партизанские группы терзали немцев, атакуя то в одном, то в другом месте, быстро появляясь и исчезая. Третий час Волчков, Морозов и Ямрыжко прислушивались к доносившейся перестрелке, внимательно наблюдая за поведением противника на переднем крае. У Александра побывали командиры минометных расчетов, вернувшиеся из ночного рейда, и доложили о результатах огневого налета. Он сделал пометки на своей карте и подумал, что артподготовка, которую, видимо, вражеское командование планировало на утро, не состоится.
Бой утих к десяти часам утра. Партизанские группы возвращались в бригаду, но фашисты еще долго не предпринимали никаких действий. Лишь в полдень раздались первые орудийные выстрелы. Над ротой Андрея Щетинина лопнула шрапнель, и черное облако виноградной кистью повисло в воздухе.
— А это как понимать, бог войны? — спросил Волчков Александра.
— Это значит, что немцы приготовили нам какую-то пакость. Сейчас все батареи отметятся по облаку, потом сделают нужный доворот и одновременно обрушатся на какой-нибудь участок обороны. — И Александр посмотрел на каменную гряду.
— Думаешь туда? — перехватил его взгляд Волчков.
— Вероятнее всего.
И не ошибся: прогремел дружный залп, и на каменной гряде взметнулись взрывы.
Волчков вызвал к телефону Линара.
— Как у вас дела?
— Бьет так, что головы поднять невозможно.
— Можете людей отвести в укрытие?
— Не всех. Позади отрыто мало щелей.
— Выводите из-под обстрела кого можете.
Фашисты начали новую атаку при поддержке артиллерии и бронетранспортеров. Их встретили дружным огнем передовой французский взвод, окопавшийся перед грядой, и минометчики Ковачика.
— Исаев, ты хорошо видишь бронетранспортеры? — спросил по телефону Александр.
— Нет. Мешают деревья и кустарник. Пушки их не возьмут до тех пор, пока они не выдвинутся к каменной гряде.
— Они на нее не пойдут, наступать будут слева.
— Тогда дело дрянь. Бронетранспортеры удалятся от меня, и их скроет впадина.
— Двумя правофланговыми орудиями открывай огонь по пехоте.
Передавая трубку телефонисту, Александр встретился глазами с Волчковым и понял, что они подумали об одном и том же: бронетранспортеры остановят только танки.
Волчков вызвал Захара, сказал:
— Обойди с танками каменную гряду справа и с опушки леса разбей бронетранспортеры.
— Слушаюсь, товарищ майор.
Волчков подошел к Ямрыжко и, указывая рукой туда, где бились с фашистами французы, сказал:
— С Линаром связь прервана. Дела у него плохи. Неустроев сейчас выдвигает ему на помощь венгерскую роту. Идите туда и вместе с Неустроевым организуйте прочную оборону. Если до подхода танков фашисты зовут на гряду, контратакой восстановите положение.
— Я понял, командир.
Немцы повели наступление сразу на двух направлениях: на гряду и вдоль дороги. Но перед Щетининым атака сразу захлебнулась — Александр понял, что это был лишь отвлекающий маневр, — бой в районе гряды складывался тяжело. Фашисты настойчиво продвигались вперед, обходя правый фланг обороны. Бронетранспортеры поддерживали свою пехоту пулеметным огнем.
