— А вы дали ему об этом понять? — спросил Горан. Он сидел рядом с Александром в офицерском мундире с погонами капитана.
— Разумеется. Только он делает вид, что не понимает о чем речь. Вышколенный дипломат. У меня сложилось такое впечатление, и со мной согласны члены комитета, что Ворлик что-то затевает, иначе он бы не настаивал на включении меня в комиссию по обследованию вспомогательного цеха. Я и другие рабочие решительно отклонили это предложение, пусть им занимаются специалисты. Я слишком хорошо знаю Ворлика, чтобы так просто ему довериться. Он человек властолюбивый, упрямый, нетерпимо относится к любому предложению снизу и вдруг соглашается с нашими требованиями, да еще предлагает рабочим участвовать в комиссии. Все это не случайно. Подождем, посмотрим.
— Если есть сомнения, надо подождать, — поддержал Марек. — Нам известно, что на завод прибыл представитель компании Витер. Его визит чем-то обусловлен. Надо ждать событий.
— Зашевелились. Боятся, как бы почва не ушла из-под ног, — сказал Брайжек.
— Правильно, боятся в центре, боятся на местах, — одобрительно кивнул ему Марек. — Безраздельное господство буржуазии кончилось, хотя позиции ее достаточно крепки. Нам не нужно забывать и о том, что у части нашего населения не исчезли иллюзии в отношении Бенеша и его политики. Большой ему авторитет создал договор о дружбе и послевоенном сотрудничестве, который в декабре сорок третьего года подписали советские и чехословацкие руководители.
Марек поднес к губам фужер с водой, сделал несколько неторопливых глотков и, ставя его на стол, продолжал:
— Я тогда присутствовал на переговорах в качестве одного из помощников товарища Готвальда. Помню, после подписания договора в честь чехословацкой делегации был устроен прием и на нем выступил Бенеш. — Марек усмехнулся и покачал головой. — Сколько же двуличия и лицемерия в одном человеке! Он так красочно и вдохновенно говорил о довоенной политике своего правительства, что можно было подумать: она была великим благом и для Чехословакии и для Советского Союза. По его словам — это была политика искренней дружбы и симпатии к Советскому Союзу. Бенеш даже припомнил договор о взаимной помощи, существовавший между нашими странами. Слушал я его и думал, что этот седой человек, президент старой Чехословакии, матерый политик и опасный противник с добродушной улыбкой любящего дядюшки, своей капитуляцией укрепил фашистский режим в Германии, власть Гитлера и его шайки. Ведь в тридцать восьмом году Чехословакия располагала первоклассной, хорошо вооруженной и обученной армией. Мы имели превосходство над немцами в танках, артиллерии, самолетах, машинах. Одни заводы «Шкода» выпускали больше машин и оружия, чем все заводы Германии. И напади фашисты на нас, то еще не известно, чем бы закончилось их вторжение. Но правительство Бенеша, подписав мюнхенское соглашение, выдало в целости и сохранности весь наш военный арсенал Гитлеру. Это был хороший подарок: он незамедлительно сформировал новые дивизии, вооружил их нашим оружием и через год двинул против Польши. Так началась вторая мировая война, а чего она стоила народам Европы, не мне вам рассказывать. Да-а, — задумчиво проговорил Марек, оглядывая сидящих за столом, — прими тогда чехословацкое правительство, Бенеш помощь Советского Союза, и, возможно, не было бы долгой, разрушительной войны. Мы, коммунисты, никогда не простим Бенешу и буржуазии их предательства.
На следующий день, в восемнадцать часов, как и было условлено, Коцика сел в машину Эдуарда.
— Как встретили «лесные волки» мое предложение? — с нетерпением в голосе спросил Эдуард.
— С волчьим энтузиазмом, почуяв запах баранины, — рассмеялся Коцика. — Одно нас волнует: не устроят ли русские на нас облаву после взрыва?
— Почему ты решил, что именно русские и именно в твоей стае будут искать виновных?
— Неисповедимы пути господни, — вскинув вверх глаза и руки, набожно проговорил Коцика.
— Можешь быть, уверен, что русские этим делом заниматься не станут. Ты теперь опасайся местных властей, таких, как Горан и Черноцкий, которые заправляют в городском управлении корпуса национальной безопасности. Они при случае могут направить стопы в лес.
— Это нам не улыбается.
— Значит, отказываетесь?
— Упаси бог! Голосуем обеими руками «за». Только следы нужно так замести, чтобы они не привели Горана в лес.
— Для того у нас и головы на плечах, чтобы все хорошо продумать. Вот тебе пакет со схемой завода и ключ от надстройки. На схеме отмечено, где твои люди должны заложить взрывчатку.
Коцика вскрыл пакет, извлек из него схему и развернул на коленях.
— Так... понятно... — проговорил он и вопросительно посмотрел на Эдуарда.
