— Правильно! Ты не должна поступаться своими принципами! А семья… все еще будет. Пока у тебя есть Сонечка, она любит тебя. Мне ты нравишься, и я буду рад, если мы подружимся. Не думай о плохом, ты не одна.
— Спасибо, — дрожащим голосом произнесла я, пытаясь сдержать слезы.
— Ну, что ты раскисаешь? Давай-ка еще рюмочку.
— Нет, не надо. Я не могу больше.
— Последнюю, и все.
— Хорошо.
Я выпила очередную рюмку, как учил меня Игнат Семенович, но она явно оказалась лишней. Голова окончательно отяжелела; облокотившись на спинку кресла, я прикрыла глаза и медленно начала проваливаться в дремоту.
— Ты, Танюша, не грусти. Все будет хоро…
Игнат Семенович не договорил, потому что кто-то вошел в дом. Я слышала приближающиеся тяжелые шаги. Конечно, было любопытно узнать, кто наш гость, но открыть глаза было слишком тяжело.
— Папа, что с Таней? — услышала я голос своего начальника. Как приятно было, что он пришел. И почему мне захотелось улыбаться, потому что он рядом?
— Да вот, сынок, я ее настойкой своей поил, но тяжеловато ей, — виновато проговорил старик.
— Сколько ты налил ей? — раздраженно спросил Максим, и я почувствовала свою вину за то, что напилась практически на работе.
— Всего ничего. Четыре маленькие рюмочки, чтобы лучше спалось.
— Папа! Она же не умеет пить!
— Теперь вижу. Но моя настойка хорошая, утром никаких следов не останется. Ты лучше скажи, Максимка, зачем приехал в такое время? Случилось что?
— Нет, я не надолго. Вас проведать заехал. Как тебе Таня?
— Она мне понравилась. Хорошая девочка.
— Таня — хорошая няня, Софи ее полюбила, — довольно сказал Макс.
— Знаешь, сынок, тебе нужна женщина. Хорошая, порядочная, которая найдет общий язык с Сонечкой.
— Ты ведь сейчас про Таню? — Максим тяжело вздохнул.
— Тебе она не нравится? — прямо поинтересовался Игнат Семенович, и в комнате воцарилось молчание.
С каждой секундой тишина становилась все более невыносимой. Я ждала ответа Максима, будто вынесения приговора. Боясь признаться самой себе, я лелеяла надежду, что он признается в симпатии ко мне.
— Отец, ты же знаешь…
— Максим! — строго сказал Игнат Семенович.
— Ты сам сказал, что Таня — хорошая девушка. У нас с ней ничего не выйдет, даже если бы я хотел. Знаешь же, какую жизнь я веду. Брось затею жену мне искать. То с Лизкой сватал, теперь вот с ней.
Пусть я не рассматривала Максима как своего мужчину, но отчего-то стало так неприятно. Он так сразу заявил, что у нас ничего не получится. И, видимо, я действительно не его тип, ведь такая же простая, как Лиза, которой Макс не заинтересовался, а не гламурная, как его пассия.
— Сын, я хочу тебе счастья.
— Я отнесу ее в комнату, и мы посидим с тобой немного. Не хватает только, чтобы Таня проснулась и услышала наши разговоры.
Я почувствовала, как меня взяли на руки, но специально продолжила притворяться спящей. Максим занес меня в нашу с Софи спальню и опустил на кровать. Матрац прогнулся под его весом, он сел рядом со мной. До невозможности захотелось протянуть руку и коснуться его, но я сдержала этот порыв. Мужчина не спешил уходить, он медленно провел ладонью по моему лицу, убирая непослушные волосы, а в следующее мгновение его губы легко коснулись моего лба. Я чуть дернулась от неожиданности, но так и не открыла глаза, боясь выдать себя.
— Тш… Спите, Татьяна. Добрых снов.
Максим ушел, закрыв за собой дверь, а я крепко уснула.
Если вы не умеете пить крепкие напитки, то не поддавайтесь на уговоры пропустить пару рюмочек! Вечер в компании Игната Семеновича был замечательным, но его ягодная настойка сделала свое дело — я опьянела настолько, что мне даже привиделся Максим. Я усмехнулась своему воображению, которое стало причиной такого странного сна. С трудом открыв глаза, до меня дошло, что я совершенно не помню, как добралась вечером до спальни. Единственным воспоминанием был Максим, но ведь он снился мне… или нет?
— Таня, ты проснулась? — в комнату вошла уже одетая Софи.
— Да, солнышко. А ты давно встала? — мне было стыдно за то, что проспала свои прямые обязанности.
— Деда просил проверить, проснулась ты или нет, — отчиталась мне девочка и подошла к кровати, где я развалилась во вчерашней одежде.
— Это он одел тебя?
Малышка очаровательно выглядела в красном вязаном платье, белых колготочках и с двумя хвостиками. Светлые вьющиеся волосы делали Софи похожей на ангелочка, и после того, как мы подружились, она действительно была подобна милому небесному созданию. Максиму и Люси очень повезло иметь такую дочку.
— Ага. И хвостики деда сделал. Он кушать приготовил, — она залезла на кровать и стала теребить мои волосы.
— Я сейчас умоюсь, и мы пойдем на кухню.
