– Ну, конечно, червовых. Так что, смотри, не удивляйся, если тебя возле машины будет поджидать красивый брюнет.
Настя слегка покраснела и рассмеялась. Она не видела Диму со дня их знакомства во дворе. Она ведь так и не пришла посмотреть на разрекламированные пионы.
– Мне сейчас не до этого, – пытаясь сделать серьезное лицо, сказала Настя, – я целыми днями на работе.
– Солнышко, можно я дам тебе банальный, но в то же время очень важный совет. Ни работа, ни достижения, ни деньги не дадут тебе возможность познать счастье в полной мере. Только настоящая любовь мужчины сможет сделать тебя полноценной женщиной. Поверь мне. У меня за спиной – жизнь. Жизнь счастливой женщины. Я всегда это чувствовала. Но по-настоящему поняла только сейчас… Когда я осталась одна. Я потеряла не просто мужа, я потеряла вечность.
Екатерина Владимировна замолчала. С грустными глазами и мягкой улыбкой на губах она смотрела на Настю.
– Я искренне хочу, чтобы ты была счастлива. У меня две прекрасные дочери, но они несчастливы. Я это знаю. Марина очень светлый человек. Может ей и не хватает где-то знаний, но она умеет чувствовать и любить душой. С Дашей сложнее…
Екатерина Владимировна опустила глаза в пол, как будто обдумывая, что сказать дальше.
– Дашенька не похожа на нас по характеру. Она с детства была эдаким борцом против условностей. Не принимала ничью точку зрения, даже если одна из них была верна, она все равно шла наперекор. Какая-то необъяснимая агрессия, порой вспыльчивость были присущи ей. Ее муж Андрей тоже сложный человек. Неуправляемый. Они вдвоем – как две бомбы замедленного действия. Хотя отношения у них получше, чем у Марины с Олегом. Между ними есть какая-то невидимая связь. Наверное, так и надо. Не зря же говорят, что муж и жена одна сатана.
– Даша с Мариной даже внешне не очень похожи, – не отводя глаз от Екатерины Владимировны, сказала Настя.
– Да, они вообще разные у меня, – не изменившись в лице, ответила она.
– Мы с сестрой тоже не похожи, ни внешне, ни по характеру. Всю жизнь ругались. Только сейчас поняли, что иметь сестру – здорово. А Марина с Дашей общаются?
– Не очень. Они с детства как-то не нашли общий язык. А сейчас вообще встречаются только на семейных торжествах. Это со стороны кажется, что у нас идеальная семья, а на самом деле… мишура. Красиво снаружи, а внутри – пустота. Не получилось как-то сплотиться в одно целое. А жаль. Илья об этом очень мечтал. Но дети завели свои семьи, а мы остались где-то на обочине. Хотя мы с мужем были вдвоем безумно счастливы. Поэтому смерть Ильи – это моя самая большая боль. Я осталась одна. Одна со своим горем.
Настя подошла к Екатерине Владимировна и села рядом. Она взяла ее за руку и положила голову на плечо. Так они просидели несколько минут. Так много рассказав друг другу, не проронив ни слова.
Собрав вещи, Настя пошла попрощаться с Анной Константиновной. Женщина стояла у плиты и что-то напевала себе под нос. Впервые на ее лице играла улыбка.
– Здравствуй, дочка! Я так рада тебя видеть!
– Я вас тоже! Как вы себя чувствуете?
– Благодаря вам, просто замечательно. Я сегодня впервые за долгие годы спала, как младенец. После нашего разговора у меня на душе стало спокойно. Я как будто исповедалась и получила прощение.
– Вам не за что просить прощения. Вы замечательный человек и прекрасная мама. Жаль, что дочь так и не узнает, какой мамы она была лишена.
– Ничего, – с грустью в голосе, сказала Анна Константиновна, – наверное, так будет лучше. Да. Наверное…
Крепко обняв друг друга, женщины распрощались. Екатерина Владимировна провела Настю до машины.
– О! Настя! Взгляни! По-моему, у тебя появился тайный, а возможно и очевидный поклонник.
На капоте автомобиля лежала охапка пионов. Розовые, желтые, белые, синие… Букет был великолепен.
– Настя, достойный букет! Не сомневаюсь, что и мужчина тоже достойный.
Настя улыбнувшись, взяла букет и поднесла к лицу. Любимый аромат детства окутал ее.
– Наверное, надо зайти и сказать спасибо.
– Обязательно надо, – подмигнув Насте, сказала Екатерина Владимировна.
Крепко обняв Екатерину Владимировну, Настя с букетом в руках направилась к соседской калитке.
– Надеюсь, я угадал с цветами? – знакомый голос раздался из-за калитки, и на входе показался Дмитрий.
– Угадал. Я за тем и шла, чтобы сказать спасибо за цветы. Очень красивые. Я смотрю, ты прям садовод.
– С чего такие выводы?
– Синие пионы – большая редкость. Рассаду даже в Минске тяжело найти. Ну, а вырастить – это большой труд.
– Ну… я старался.
– А можно посмотреть на твой цветник?
– Конечно, пойдем, – неуверенно сказал Дима, – он, на самом деле, не такой уж и большой… Пара кустиков.
Настя шла и пыталась скрыть то и дело появляющуюся на лице улыбку.
– Ну, как-то так, – поглаживая волосы на затылке, сказал Дима.
Прямо посреди зеленой лужайки красовались два свежепосаженных куста пионов. Рядом лежала лопата и грабли.
Настя изо всех сил старалась сдержать смех, но не смогла:
– Ах, какая досада, – сквозь смех, сказала она, – не успел!
– Сдаюсь, – сказал Дима, и поднял руки над головой, – прошу заметить, почти успел.
