Очень печальная картина заката страны древлего благочестия. Я думаю, что автор в большей мере имел в виду старообрядчество часовенного толка, то есть беспоповцев. Но существует ещё Русская Православная Старообрядческая Церковь во главе с митрополитом Москвы и всея Руси Корнилием (Белокриницкое согласие), ставка которого на Рогожском кладбище в Москве. Существует также Древлеправославная старообрядческая Церковь Новозыбковская, Московская и всея Руси во главе с патриархом Александром. Есть Древлепровославная Поморская церковь, а также многочисленные общины староверов за рубежом, даже в Северной и Южной Америке, многочисленные общины «Часовенного согласия», и не только на Урале и в Сибири, но и в других регионах России и странах СНГ. Никто не считал их и не делал переписи, поэтому число староверов остается тайным мерилом числа сторонников Древлеправославной веры.
Не надо торопиться со скоропалительными выводами и прогнозами в этом сложном явлении – старая вера. История всё поставит на свои места!
Описывая жизнь и быт кержаков, нельзя не остановиться на иконописи уральских мастеров, особенно самой известной школы г. Невьянска.
Иконы для православных христиан – святыни, представляющие особую духовную ценность. Они почитают её, как святой образ Господа Бога, его сына Исуса Христа, его матери Пресвятой девы Марии, Святых Апостолов – учеников Христа, пророков, святых и т. д. Православные молились на иконы, как на настоящие лики святых, забывая, что они написаны художниками, такова сила и талант настоящих художников – иконописцев.
В мире с давних пор существуют две главные школы иконописи: греческая и итальянская. Русь, крещённая по греческим канонам и традициям, конечно же, приняла греческую школу. Сначала иконы и храмы на Руси расписывали только греческие мастера, но примерно с четырнадцатого века у нас появились свои иконописцы, в том числе известный всему миру Андрей Рублёв.
После раскола, когда множество старообрядцев пришли на Урал и в Сибирь, где обосновались на постоянное проживание, у них появилась большая потребность в иконах. Они строили тайные скиты, часовни и молельные дома, которые нужно было обустраивать и обставлять иконами, поэтому стали появляться тайные школы иконописцев-старообрядцев. Они возникали не только в Невьянске, но и в Нижнем Тагиле, Старой Утке, Соликамске и в ряде других городов и поселений Урала.
В основе Невьянской школы стояли такие талантливые мастера, как династии Чернобровиных, Богатыревых, Филатовых, Романовых, Анисимовы, Коськины, Челышев, Германов, Завёрткин и другие.[3]
С середины восемнадцатого века Невьянские иконы стали известны по всей стране. За ними приезжали со всех концов России и даже с других стран.
Невьянская иконопись значительно отличалась от академической, так как здешние мастера отстаивали старые обряды и традиции не только в молитвах, но и при написании икон. В то же время верность старине не могла препятствовать внесению в иконописную манеру своих индивидуальных творческих начал и некоторых изменений в образы святых.
Мне с детства запомнилась большая икона Святого князя Александра Невского, которая находилась в нашей часовне. По словам стариков, она была написана местными мастерами в Невьянске. На ней лик Святого князя отличается своим мужественным и воинственным видом и грозным взглядом. Но после, посещая другие православные храмы Петербурга и Русского Севера, я видел там другие иконы Александра Невского, более позднего периода, с которых он взирал на меня, как святой отец, а не воин.
