Набрав в легкие побольше воздуха, я отодвинула стул, села рядом с ней и медленно выдохнула. Сара выглядела беспомощной, как и предсказывал Джулиан.
– Амелия, – не открывая глаз, прошептала она слабым голосом, будто ей даже одно слово далось с трудом.
– Да, я здесь.
– Не думала, что ты приедешь.
– Я не знала, что ты больна.
Она сощурилась и взглянула на меня.
– Ты очень похожа на свою мать.
Сара права: я сохранила несколько семейных фотографий, на снимке, где Элеоноре столько же, сколько сейчас мне, – мы словно копия друг друга.
– Как ты себя чувствуешь? – сменила я тему.
– Никогда не понимала, почему она вышла замуж за простого пекаря, – вздохнула Сара. – У нее могло быть все.
– Ты много лет отказывалась говорить со мной о маме, решила сделать это сейчас? – спросила я, стараясь сохранять самообладание.
Сара понимающе улыбнулась и закашлялась.
– Твой дядя ее обожал. Ему было все равно, что она жила на чердаке, что каждое утро просыпалась в четыре часа и без устали работала вместе с твоим отцом. Он уважал ее выбор, а мне было стыдно, что она моя невестка. Он хотел ей помогать, но она пренебрегала нашими деньгами.
– Так вот для чего ты хотела, чтобы я приехала: рассказать, какой бездарной была жизнь моей мамы в твоих глазах?
Сара стала серьезной и отвела взгляд.
– Она была счастлива, несмотря на то что ничего не имела. Она любила мужчину, который отвечал ей взаимностью, у них была прекрасная семья, – в глазах тети промелькнула грусть. – В отличие от сестры, твой дядя женился ради денег. Он никогда не был со мной нежным, а когда появилась ты, смотрел только на тебя.
На глаза навернулись слезы, я проморгалась, сдерживая их, шмыгнула носом.
– Ты вымещала на мне свою обиду? Но я же не виновата, Сара. Я была ребенком, и мне нужна была забота.
– Знаю, я вела себя ужасно, – искренне вздохнула она, поймав мой взгляд. – Прости меня, Амелия. Позволь уйти с миром.
Я приехала, чтобы выплеснуть обиду ей в лицо, сказать, чтобы она отправилась в ад, но сейчас у ее постели, рядом с измученным болезнью телом, не смогла так поступить. Противоречивые эмоции мешали думать, пока на первое место не пробралось желание положить конец нашим бессмысленными ссорам.
Джулиан прав: больший вред от злости получу я сама. Сложно сейчас не последовать принятым решениям, как и отказать ей в утешении. Но если я не прощу Сару, то не смогу простить и себя, а я не хочу жить с таким грузом. Сара умирает, и когда я сюда шла, я надеялась в глубине души, что она передо мной извинится.
– Так или иначе, мы всегда заставляем кого-то страдать, – выдавила я сквозь стиснутые зубы, по щекам побежали горькие слезы. Я положила свою руку на ее и посмотрела тете прямо в глаза. – Не волнуйся обо мне: всем нам нужно немного спокойствия. Я прощаю тебя, Сара. И ты тоже прости меня.
Она закрыла глаза, и наши приглушенные рыдания заполнили тишину палаты, словно ласка на ране, которая непременно затянется. Рано или поздно.
Во время осмотра пациента в палату заглянула медсестра. Персонал знает, что я не люблю, когда меня беспокоят, видимо, что-то срочное. С мрачным выражением лица я подошел к ней.
– Доктор, звонит ваш брат. Похоже, это важно, – прошептала она, прежде чем я выразил недовольство.
Оставив пациента, я отправился в свой кабинет. Ричард звонил только в случае проблем. Такое ощущение, что на этом и держались наши отношения.
– Что происходит? – буркнул я в трубку.
– Эта женщина вынесла ему мозг!
– Ты забыл указать тему. О ком мы говорим? – со вздохом я опустился в кресло.
– Да ладно, Габ! Джулиан попросил Дональда как можно скорее приехать в Доунхилл.
Я забарабанил пальцами по стеклу письменного стола. Ситуация ухудшилась, но нам нельзя паниковать. К счастью, мы обыграли нотариуса. Ричард вытащил его из нескольких передряг, и теперь он в долгу перед нами. Правда, его преданность висела на волоске.
– Что ты ему сказал?
– Потянуть время. Этот идиот уезжает в Грецию, но я не знаю, как долго он сможет продержаться. Джулиан нетерпелив. Боюсь, если он будет настаивать, Дональд отложит отпуск.
– Держи его подальше от поместья.
– Как?
– Нотариус скуп: предложи оплатить его отель.
Ричард вздохнул.
– Я что-нибудь придумаю.
– Значит, Итан еще не вернулся, – я прикусил внутреннюю сторону щеки.
– А вернется ли он вообще?
– Ты же знаешь, его полное исчезновение невозможно, нам просто нужно найти способ с ним связаться.
– Что, если Джулиан…
– Не глупи! Он его брат. Несмотря ни на что, они близки.
На подписании сделки с «Раймерс Компани» Джулиан появился, притворившись своим братом. И продолжал играть эту роль с Беатрикс. В глубине души он хотел сохранить то, что построил Итан. Ради Олив.
– Да, но он никогда не пропадал так надолго. Миссис Фуллер беспокоится, – добавил Ричард. – Олив настойчиво спрашивает об отце, а Джулиан невозмутимо разрабатывает конец для всех нас. Я уже чувствую вонь камеры, а ты?
