Она вздернула подбородок и сомкнула колени.
— Никаких уговоров не потребовалось. Его редактор ухватился за возможность опубликовать короткий рассказ знаменитой миссис Бэрримор. Теперь, если Анджело предложит рассказ, я уверена, твой друг даст тебе знать.
— Ты выставила себя в качестве наживки! — закричал Эш.
Ева чуть не съежилась под силой его гнева. Конечно же, она ожидала, что он будет сердиться, когда прочитает газету, но не до такой степени.
— Но ведь это логично, — возразила она. Призыв к разуму не оказал на него никакого влияния. Эш стоял, сверля ее взглядом. Ева начала расхаживать по комнате.
Внезапно повернувшись, она умоляюще сказала:
— Забудь о моем даре, я по-прежнему считаю, что Мессенджер до смерти боится, что кто-нибудь его разоблачит. Поэтому он напал на Лидию. Теперь он не так уверен… Нет! Выслушай меня!
Когда Эш закрыл рот и скрестил на груди руки, она слегка кивнула в знак одобрения и продолжила с места, на котором ее прервали:
— Представь себе его чувства, когда он читает эту историю о смерти моей матери. Он знает, что миссис Бэрримор и Ева Диаринг — одно и то же лицо, а если и нет, то легко может это выяснить. Он подумает, что я собираюсь его разоблачить. Да и кто подходит для этого больше? Я знаю те сады. Я знаю о том, что случилось в каменоломне. О да, он придет за мной. Я всего лишь дала ему небольшой толчок…
— Он также легко может обратить внимание на твоего отца, — перебил Эш. — Тот тоже знает те сады. Он знает Мессенджера, а ты нет.
— Мой отец не писатель! Он не смог бы написать те рассказы.
— Ха! Люди все время меняются. Я всего лишь имею в виду, что мы не можем знать, что сделает Мессенджер. — Он остановился, сердито вдохнул и медленно выдохнул. — О чем я говорю? Ты Клэверли. Ты знаешь все!
Насмешка причинила боль.
— Это не так. Но я знаю, что убийцу надо остановить, и это подходящий способ.
— А тебе не приходило в голову сначала посоветоваться со мной?
— Конечно, приходило. Но я знала, что ты мог бы предотвратить публикацию, если бы мне не удалось убедить тебя со мной согласиться.
— Ты действительно все продумала, не так ли?
Она причинила ему боль, поняла Ева, обидела по-настоящему.
Пристыженная, она мягко сказала:
— Постарайся понять. Я устала вглядываться в каждого встречного мужчину, пытаясь определить, может ли он быть Мессенджером. Подходящий ли возраст? Такой ли рост? Волосы все еще темные или отливают сединой? Мой разум не знает покоя. Здесь нет ни одного конюха или лакея, который избежал бы моего пристального внимания. И не только они. Я изучала моих знакомых и друзей — Ли Флеминга, Филиппа Хендерсона, Хокинса, Рипера…
Ева остановилась, когда Эш начал качать головой.
— Что? — спросила она.
— Хокинс едва ли может написать свое имя, а остальные слишком молоды.
— Разумеется, по-настоящему я их не подозревала, но ты понимаешь, что я имею в виду? Если так будет продолжаться и дальше, я действительно сойду с ума. — Она шагнула к нему и с мольбой посмотрела в глаза. — Скажи правду, Эш. Если бы ты был на моем месте, разве ты не сделал бы все, что в твоих силах, чтобы обнаружить этого дьявола? — Она приложила пальцы к его губам, чтобы удержать быстрое возражение. — Подумай о Гарри. Как далеко ты готов зайти, чтобы поймать его убийцу?
Эш покачал головой, но постепенно его напряженная поза смягчилась, и он слабо улыбнулся.
— Твои доводы приняты. Но я настаиваю, чтобы ты беспрекословно следовала моим приказам. Хокинс станет твоей тенью, если меня не будет рядом, и ты все время будешь носить с собой тот карманный пистолет, на который возлагаешь такие надежды.
— Он станет моим лучшим другом.
— Проследи, чтобы так оно и было. Где Декстер?
При звуках своего имени, Декстер приподнял голову с другой стороны кровати и неторопливо подошел к Эшу. Когда тот почесал Декстера за ушами, пес заурчал, как кот.
— Постарайся, чтобы он всегда был с тобой, когда выходишь из дома, — сказал Эш.
Он подошел к окну, захлопнул его и закрыл на засов.
— И убедись, что заперла за мной дверь.
— Ты… ты меня покидаешь?
Он поднял бровь.
— А чего ты ожидала?
— Я думала, ты останешься на ночь.
Его губы растянулись в усмешке, когда он подошел к ней и произнес:
— У тебя неправильное представление обо мне, Ева Диаринг. Я берегу себя для брака. Нашего брака, как тебе хорошо известно. Просто скажи волшебные слова, и я весь твой.
Она открыла рот, но слова не шли.
Он дал ей еще минуту, а затем наградил небрежным поцелуем в лоб.
— Ты поймешь, если подумаешь об этом.
Он прошел к двери и оставил ее одну.
Выйдя от Евы, Эш вместе с Хокинсом обошел первый этаж, проверяя окна и двери, чтобы убедиться, что все в порядке. Дом был слишком большой, чтобы они могли осмотреть его весь вдвоем, поэтому он решил завтра утром первым делом поручить это слугам.
— И я хочу, чтобы убрали строительные леса, — сказал он. — Для незваного гостя это самый простой способ попасть внутрь.
