И Вампир рассказал ему всё — о польском лаборанте, о Шлёссере, о катализаторе и о куче денег, которую Борода обещал за этот таинственный прибор. Скелет слушал и пытался понять, что же так его утром заинтересовало. Единственное, чем он смог объяснить своё решение — тем, что выпил водки и перспективой заработать денег, да столько, что хватит ещё на лет десять вперёд, и он сможет вернуться домой, к семье, и всё же закончить начатую стройку…. Но странное ощущение дежавю всё же осталось, уж больно это всё было похоже на то, тогда в бане. Такое же непреодолимое желание и смытые воспоминания, словно происходило во сне, такое же ощущение полной опустошённости и в голове ничего, кроме этого одного желания, навязчивого и непреодолимого.
Сталкеры подходили к центру Дзержинского. Полные лужи в трещинах и ямах на почти целом асфальте, заросшие обочины и ряд серых мрачных «хрущёвок», начинающиеся за перекрёстком.
— Центральная улица, — сталкеры с любопытством рассматривал перекрёсток.
Эта улица и впрямь была очень похожа на центральную — с широкой прогулочной аллеей посредине, с дорожными знаками «одностороннее движение». На самой аллее вымощенные серой квадратной плиткой пешеходные дорожки, по которым в те далёкие года, когда не было ни второй, ни первой катастроф, ходили люди, семьи отдыхали жаркими днями на лавочках под тенью молодых берёз и каштанов, нынче вымахавших выше фонарных столбов. А вон, на углу, стоит синий газетный киоск с погнутыми железными буквами названия, на котором едва можно прочесть «союзпечать». Пустые витрины, выбитые стёкла, выступающая из-под облетающей краски ржавчина…. Чуть дальше — причудливая конструкция, словно выросший из-под земли огромный несуразный гриб. Металлическая «ножка» с распахнутой настежь дверцей, на «шляпке» — приваренные по периметру квадратные металлические короба. Сталкеры не спеша вышли на середину аллеи и остановились возле «союзпечати», издали рассматривая эту странную конструкцию — металлический «гриб». Их строили в далёкие советские времена, а во времена их детства таких уже не было, и сталкеры стали теряться в догадках, что же это может быть. Может и были, конечно, но никто из них уже не помнит — видел ли когда-нибудь эти «грибы» или не видел.
— Интересно, а это что за фигня? — Вампир показывал на «гриб».
— Это ларёк для кваса, — сказал Скелет.
— Откуда знаешь? Что-то я таких не помню…
— Да на нём ещё буквы рассмотреть можно.
И точно, Тень с Вампиром присмотрелись внимательнее — на этих железных коробах едва различались белые буквы «К» «В» «С».
— Ага, точно, квас… И не только, смотрите дальше….
За «грибом», чуть поодаль, между лавочками сверкнула голубоватая вспышка, словно длинная тоненькая змея пробежала между чугунными перилами.
— Электра? — вопросил Скелет.
— Скорее всего, она самая, — добавил Тень.
— Что-то я не горю желанием здесь находиться…
— Я, кстати, тоже…
И Вампир стал вертеть головой решая, куда идти дальше. Серые пятиэтажные дома по ту сторону дороги грузно наседали, портя всю картину роскошной зелени. Тут электра словно ожила — перебежки молний стали учащаться и сверкать всё ярче, а потом словно ожили и сплелись в своеобразный сверкающий клубок, и тут же соловьиными трелями застрекотали детекторы.
— Пошли-ка да поскорее, что-то мне уже совсем тут не нравится, — Скелет толкал в плечи сталкеров, которые, открыв рты, уставились на этот клубок.
— Бежим! Шар! — выдавил Вампир и рванул к ближайшей пятиэтажке.
…
Вампир, ломая на ходу молодые деревца и растаптывая беззаботно растущие кустики, с разбегу вышиб плечом закрытую дверь ближайшего подъезда и, едва не вписавшись в стенку, пулей залетел на лестницу. Остановился он, только оказавшись на площадке между этажами… Тяжело дыша, он развернулся и увидел, как сначала в подъезд вбежал Скелет, а за ним и Тень, который тут же захлопнул за собой дверь, шатавшуюся на одной петле из стороны в сторону.
Детекторы слились в одно сплошное протяжное «пи», заставляя ходуном ходить волосы не только на голове. Но и сквозь этот тревожный хор было слышно, как на улице, за дверью усиливалось жужжание, похожее на звук работающего трансформатора. Оно всё приближалось и замерло с той стороны у самой двери. Потекли бесконечные секунды…. Сталкеры замерли, стараясь не то, что не шевелиться, даже не дышать…. Испарина на лбу у Вампира скатилась на нос и, собравшись в одну большую тяжёлую каплю, скатилась за шиворот «зари». Вампир слегка повернул голову: Скелет вжался в стенку рядом с ним, а Тень внизу скукожился в углу возле входной двери. Если бы не шлем, то было бы видно, что его бледное лицо застыло в одном положении, а выпученные от страха глаза смотрели куда-то в потолок.
Жужжание резко прекратилось, точнее, стремглав унеслось прочь, дальше по улице, словно хищник, потеряв одну жертву и найдя следующую, бросился её догонять… Детекторы замолчали, и наступила кромешная тишина, и только слышно было, как подгоняемые адреналином в бешеном ритме колотятся сталкерские сердца.
Вампир облегчённо вздохнул.
