В поисках Божества полностью

На этом месте Ириней вдруг обрывает нить своего пересказа и прямо переходит к изложению космогонической части рассматриваемого учения, сообщая, что от ангела, состоявшего при Единородном (?)[209]произошел Св. Дух, называемый Премудростью (Σοφια) и Пруникос (Пρουνεικοζ). Узрев, что все сущее проявляется в сизигиях, Пруникос ищет, с кем бы сочетаться, спускается до низших сфер и здесь (от соприкосновения с хаосом материи) производит несовершенное творение, называемое Первоначалом (Пροταρχων). Это — Создатель низшего мира, ангелов и низших духов, тверди небесной и всего земного. (Мы в нем узнаем Иалдаваофа офитов). Увидев несовершенство своего детища и сотворенного им мира, уже оскверненного злобой, завистью, похотью и прочими порождениями Первоначала, Премудрость с печалью удалилась в высь и вернулась в Божественную Сущность, в которой заняла последнее место. А Первоначало, оставшись властвовать над созданным им низшим миром, возомнило себя Высшим Божеством, и им было произнесено: «Я Бог Единый, Бог ревнитель, и кроме Меня нет иного Бога»[210].

Здесь Ириней вновь прерывает свое изложение и оставляет его незаконченным. Ему предстояло еще выяснить учение «варвело-гностиков» об искуплении и очищении низшего мира, о конечном освобождении духовной сущности от власти низшего Творца-миродержителя для возвращения к Божественному Первоисточнику; но Ириней, по-видимому, отступил перед трудностью пересказа столь сложной и совершенно непонятной ему системы, или же просто он не имел иных данных о «варвелиотах», за исчерпанием содержания попавшего в его руки текста.

Феодорит, в своем пересказе системы варвелиотов (Наеr. fab. comp. I, 13), упоминает вскользь о других наименованиях сект той же группы офитов, и между прочим о «наасенах». Об этих Nαασηναι мы находим довольно пространные сведения в Философуменах Ипполита, и обратимся теперь к этому источнику для выяснения интересной, но весьма сложной и темной отрасли офитизма.

Прежде всего следует заметить, что Ипполит не дает нам систематического разбора учения «наасенов»: он лишь пересказывает содержание некоторых памятников литературы этих загадочных мистиков. Тут и рассуждения о Божественной Сущности, и опыт символического толкования Ветхого Завета, и ряд других аллегорических изъяснений евангельских текстов, и, наконец, отрывки наасенских гимнов. Все это вместе взятое представляет большой интерес, тем более что Ипполит не поскупился на цитаты из подлинных, лежащих перед его глазами документов. Но связного изложения системы «наасенов» мы все-таки не имеем и вряд ли можем ее восстановить, по причине крайней запутанности наших данных.

Название «наасенов» произошло от еврейского слова наас — «змей»: оно соответствует эллинскому наименованию «офитов». Впрочем, сектанты, обозначаемые этим именем, сами себя называли просто гностиками, считая себя посвященными в высшее познание. Быть может, замена греческого слова еврейским в их названии должна была служить указанием на их примирительное отношение к ветхозаветной традиции (конечно, принимаемой только в символическом смысле), в противоположность резко враждебному отношению к иудейской традиции со стороны других офитических сект. Но во всяком случае миросозерцание «наасенов» было чисто эллинским, и они сами гордились тесной связью с мистериями Египта и эллинского мира, как мы сейчас увидим. Понятие же их о Божестве было проникнуто духом чистого пантеизма, столь же чуждого иудейскому религиозному созерцанию, как и ясно выраженный дуализм других офитов.

В основе системы «наасенов» лежало представление о непознаваемом Божестве, Первоначале всего, Едином Благом, Именуемом просто Первым (Пροων). Это — Высший Отец и также Мать, ибо в Нем вмещаются все элементы, мужские и женские, активные и пассивные, — Высший Человек, обозначаемый мистическим именем ’Аδαμαζ. Соприсущий Ему Предвечный Сын (очевидно, символизирующий Божественную Потенцию Творческой Силы) образует с Ним (т. е. с Его непостижимой мужеско-женской сущностью) Высшее Троичное Начало Божества, недоступное воображению. Но кроме этого таинственного Троичного Принципа, Божество проявляется и познается мышлением в тройственной Сущности, объемлющей мир видимый и невидимый. Эго — тройное представление о Божестве, проявляющемся 1) в наивысшем, непостижимом Принципе Божества, 2) в мире духовном, 3) в мире материальном.