– Ты же понимаешь, что он сейчас использует тебя? Что бы он ни говорил, его главная цель – спасти себя.
– Я знаю, вы его ненавидите…
– Принцесса, я видел список преступлений, которые он совершил и в которых признался, – глухо сказал Мариан. – Его трудно назвать хорошим человеком.
– А кто такой хороший человек? – вскинулась Кордия.
– Тот, кто сознает свои ошибки и исправляет их. Ну или хотя бы пытается это делать. Кто умеет прощать и заслуживает прощения. Раскаивается и больше не повторяет того, что причинило боль другому. Который умеет любить других чуть больше, чем себя, – сказал Мариан. – Никто из нас не идеален, но каждый может стремиться быть лучше.
– Вот только зачем? – усмехнулась Кордия.
– Хороший вопрос, – улыбнулся Мариан. – Ради любви или долга, например.
– Не важно ради чего ты совершаешь добрые поступки, главное сам факт? – вскинув брови, спросила Кордия.
– А тут как совесть позволит. Но даже если ты кого-то спас от скуки и забыл об этом, это не отменяет самого поступка. Лейф на это не способен. И любить он тоже не умеет никого, кроме себя. Понимаю, это звучит резко, но ты должна понимать, что, если поддашься на его уговоры, станешь пешкой в его игре, от которой он избавится при первой возможности.
Кордии стало так больно, словно ее ударили плеткой-девятихвосткой и разодрали кожу до мяса. Она прижала руки к животу, не зная, как ей протолкнуть воздух в легкие. Не то чтобы ее саму не посещали эти мысли. Но услышать их из уст другого человека всегда больней, чем осознать самой. Правый глаз чародея стал синим и больше не пугал Кордию.
– Ты сильнее, чем тебе кажется, – тихо сказал он. – Любовь к мужчине не единственное, что имеет для тебя значение, не забывай об этом.
– Зачем вы мне все это говорите?
– Чтобы напомнить о вещах, по-настоящему важных.
На короткое время повисло молчание. Мариан стоял к ней слишком близко, Кордия чувствовала тепло его тела. Между ними не осталось пространства, и она не понимала, для чего он это делает. Хочет еще раз насладиться запахом ее магии? Вообразить себя рядом с Таликой? Как чародей такого высокого уровня может творить такую ерунду?
– Мне… мне нужна ваша помощь, – сказала Кордия.
– Нет. Ты хочешь встретиться с Лейфом, и я никогда не скажу «да».
– Я хочу поговорить с Августином, – призналась Кордия, и ее охватила паника. – Помогите мне с ним увидеться.
– Не верю, что ты так переживаешь из-за своего бывшего клиента, – усмехнулся Мариан, и Кордия вздрогнула.
– Августин мой младший брат, – тихо ответила она. – Он внебрачный сын моего отца.
– И почему я не удивлен, – пробормотал Мариан.
Кордия сделала жадный вдох, чувствуя, как боль расходится под ребрами.
– Если его казнят…
– То все закончится плохо не только для твоего брата.
– Да. Но я хочу знать, почему он здесь, – горячо проговорила Кордия.
– А мы-то как хотим! – Сарказм в голосе чародея царапнул ей сердце, напомнив о пытках брата.
– Мне он скажет.
– Если он еще может говорить. Кордия, даже если он твой брат, это никак не изменит ситуацию. Он покушался на короля.
– Вы же знаете, что невозможно – это когда нужно приложить чуть больше усилий, чем обычно, – возразила Кордия.
Мариан откинул назад волосы и внимательно посмотрел на нее. От этого взгляда у ведьмы по коже побежали мурашки. Сколько же в этом чародее силы!
– Я устрою вам встречу, – глухо сказал Мариан, словно сомневался в правильности своего решения. – Но все имеет свою цену. Ты готова заплатить?
– Да, – не раздумывая ответила Кордия.
Их взгляды снова схлестнулись.
– Даже не зная, чего я хочу попросить?
– Да.
Мариан едва заметно улыбнулся. Ему понравился ее ответ.
– В таком случае мы отправимся в тюрьму сразу после ритуала. Тебя ведь это устроит? – спросил Мариан, внимательно наблюдая за ней.
Кордии стало дурно. Чародей знает. Знает, что она хочет убить его, когда они будут на корабле.
– Конечно.
– Одевайся, – сказал Мариан и, шагнув назад в лабораторию, закрыл дверь.
Кордия секунду смотрела на вензеля, которыми было украшено деревянное полотно, а потом двинулась к гардеробу, чтобы выбрать платье. Шум в коридоре заставил ее напрячь слух, ловя каждый звук. Скрежет сливался с воем. Или ей чудилось? Когда звук прозвучал совсем рядом, по спине Кордии пробежал мороз. Она схватила со спинки кресла шаль и, набросив ее на плечи, толкнула спящую Грету.
– Вставай, что-то произошло! – сказала она и подошла к двери.
Осторожно открыв ее, выглянула в коридор, в конце которого увидела Дора и какого-то человека, стоящего на коленях перед ним. Шагнув в его сторону, Кордия ощутила, как ноги стали тяжелыми, она силой заставляла себя идти. Сердце бешено билось, и от этого перед глазами все плыло. Не дойдя пары шагов, Кордия поняла, что на полу лежит Штефан и вокруг него растекается лужа крови. Она охнула и опустилась рядом с ним на колени.
– Что случилось? – повернувшись к Дору, который стоял словно изваяние, спросила Кордия.
