— Я давно не видела мистера Стерна. Но, слышала, дела у него идут не блестяще. На днях Вера танцевала с журналистом — правда, душечка? — и он сказал, что мистер Стерн так и не устроился ни в какой журнал… А мистер Гордон собрался жениться на какой-то сиделке, это правда?
— Этого я не знаю. Но уверен, что его девушка честно зарабатывает свой хлеб, — отрезал Фрэнк, которого покоробило презрение, прозвучавшее в нежном голоске Агаты.
— Ну, не будьте таким злым. Лучше скажите: она хороша собой?
Фрэнк, который уже собирался отойти от них, при этом вопросе задержался.
— Чрезвычайно, — заметил он серьезно. — Я никогда раньше не видел такой красивой девушки. — И с нескрываемым удовольствием заметил, что Агате это вовсе не понравилось.
— Ну что же, Генри, думаю, вы справились с работой как нельзя лучше. — Мистер Герберт Кейси одобрительно рассматривал собственный портрет и, довольный, кивал головой. — Да, это именно то, что я и хотел. Честно говоря, никогда не думал, что так представительно выгляжу.
— Я рад, что вам нравится, — просто ответил Генри.
— Очень нравится, очень. Вы талантливы, молодой человек… Впрочем, вы и сами это знаете. Но я хотел возобновить наш давнишний разговор… помните, когда вы в первый раз пришли по поводу портрета.
— Какой разговор?
Несколько секунд мистер Кейси не отвечал.
— Скажите, Генри, что там произошло с журналом, в котором вы работали? — спросил он наконец.
— Издательство обанкротилось, и его перестали издавать…
— Насколько я знаю, вы пытались найти работу в Других журналах?…
— Да, пытался. К сожалению, пока безуспешно…
— Генри, — серьезно сказал мистер Кейси. Мое предложение остается в силе. Мне по-прежнему нужен человек, который смог бы разделить мое увлечение живописью и помог собирать коллекцию.
— Вы очень добры…
— Прошу вас, соглашайтесь. В конце концов, эта работа не помешает вам создавать свои картины… Ни за что не поверю, что вам не хочется съездить во Францию. На любой из старых улочек Парижа можно отыскать замечательный сюжет. Кроме того… вы же ничего не теряете и всегда сможете уйти, если работа придется вам не по душе.
— Мистер Кейси…
— Соглашайтесь, Генри. Я буду рад, если в моей коллекции окажется и ваша картина.
Художник улыбнулся:
— Благодарю вас… Когда я могу приступить к работе?
Мистер Кейси тоже улыбнулся в ответ:
— Она уже давно ждет вас.
Погода, как будто спохватившись, что слишком долго была хорошей и избаловала англичан, поспешила перемениться. Целый день шел мелкий дождь, пробиравшийся за воротники и чуть ли не в рукава макинтошей. На перекрестках на прохожих набрасывался холодный промозглый ветер.
Вечером в уютной гостиной дома Харди собрались Алан, Кэти, Марианна, Генри, Шон и Морин. Настроение у всех было под стать погоде. Шон с утра ездил в Рединг и принес неутешительные вести.
— Да, он действительно приезжал туда, — неохотно говорил молодой ирландец, — это готовы подтвердить все соседки. Но они говорят, что он приезжал в июне. Про апрель же никто не может ничего сказать…
— Разве недостаточно того, что их видела Кэти? — недоуменно спросила Марианна. — Она подтвердит это под присягой…
— Мы не сможем строить обвинение только на этом, — вздохнул Алан. — Он ответит, что приезжал в Англию как частное лицо, по поводу этой самой чертовой миниатюры, и в тот раз не собирался ехать в Рединг, а с Ноэлем случайно повстречался в какой-нибудь пивной… И ни один адвокат не сможет ничего доказать.
— Иногда мне кажется, что стоило бы попросту потолковать с этим адвокатом… где-нибудь в переулке. — Шон по-волчьи оскалил зубы. — В Сохо много подходящих переулков, думаю, я смог бы это сделать…
— …И снова оказался бы за решеткой, — докончила Морин. — И в этот раз мистер Стерн уже не смог бы ничем тебе помочь. Нет уж.
— Да, это, конечно, не выход, — поддержал ее художник. — Кажется, кто-то постучал в дверь, — обернулся он вдруг.
— В такую погоду… — начала было Марианна, но стук повторился, и теперь его услышали все. — Возможно, это кто-то пришел к маме?
Морин пошла открывать. Шон с досадой стукнул кулаком по коленке:
— Не прощу себе, если этот плут уйдет безнаказанным!
Алан задумчиво посмотрел на друзей:
— А вот мне иногда приходит в голову, что теперь я должен быть благодарен Эдвардсу…
— За что же, интересно? — раздался мелодичный голос. — Старая Англия неласково встречает гостей из-за океана…
— Ливи! — воскликнул Алан, бросившись навстречу стройной и красивой женщине со смеющимися глазами. — Как я рад тебя видеть!
— Разбойник. — Оливия подставила пасынку щеку для поцелуя и потрепала его по волосам — Нечего сказать, развеселил меня своим письмом… Я вам не помешала? Насколько я понимаю, здесь какой-то важный разговор…
— Нет-нет, ты как раз кстати…
— Хорошо. И все-таки ответь: за что ты собрался благодарить мистера Эдвардса? За его труды на благо концерна?
