— Пойми же, Поль, — речь идет о счастье нашей девочки. — Натали чувствовала, что муж колеблется. — И неужели ты думаешь, что мсье Эдвардс будет благодарен нам, когда его молоденькая жена предпочтет какого-нибудь смазливого клерка из офиса?
— Натали, ты говоришь ужасные вещи! — воскликнул изрядно шокированный полковник.
— Но ведь ты и сам понимаешь, что это неизбежно…
— Ну хорошо, я сам поговорю с ней… Но почему же она так замешкалась? Жанетта, вы стучали в комнату мадемуазель Жермен?
— Да, мсье. Никто не отвечал, я думала, что мадемуазель спит…
— Милосердный Боже! — воскликнула Натали вполголоса. — Поль, если эти разговоры о браке толкнули девочку на… на… — Не договорив, она выбежала из-за стола. Полковник, взволнованный, последовал за ней.
На стук никто не отзывался. Сонный лакей принес запасной ключ от двери, и Натали дрожащими руками открыла ее.
В комнате никого не было.
— Кровать застелена… Похоже, она и не ложилась. — Натали осматривалась. — А это что такое?
На столике у кровати белел лист бумаги.
«Пожалуйста, простите меня, — прочитала женщина, — но я не могу стать женой мсье Эдвардса и не могу слушать папины упреки. Я поеду в Квебек к бабушке Фабьен. Когда мы гостили у нее в прошлом году, она звала меня пожить в ее доме еще и, наверное, не прогонит меня. Вик обещал жениться на мне, когда я достигну совершеннолетия».
Полковник, хватая ртом воздух, прислонился к стене. Лицо его так побагровело, что горничная Жанетта испугалась, что хозяина хватит удар.
— Ты во всем виноват, — напустилась Натали на мужа. Это ты разговорами об этом глупом браке вынудил ее убежать!
— Какой позор… — наконец вымолвил Арно. — Что же я скажу мсье Филиппу?!
— Скажешь, что Жермен не будет его женой, вот и все! — свирепо сказала Натали.
— Как она могла… Она скомпрометировала себя… — Арно не мог оправиться от потрясения.
— Неправда, — Люси распахнула дверь своей комнаты и встала на пороге, сверкая глазами. — Никого она не скомпрометировала. Вик — славный мальчик, уж с ним она будет гораздо счастливее, чем с развратным стариком!
— Опомнись, Люси, что ты говоришь… — Полковник с ужасом переводил взгляд с жены на старшую дочь.
— Они убежали вечером и сейчас, наверное, уже в Квебеке… У бабушки Жермен и правда будет лучше, а вам уже не догнать их!
— Люси, — дрожащим голосом начал полковник, — не хочешь ли ты сказать, что…
— Да! — гордо ответила девушка. — Я продала сапфировое колье, чтобы дать ей денег, и, если надо, продам и еще что-нибудь, только чтобы избавить ее от этого подлеца! — И она с грохотом захлопнула дверь.
Миссис Харди не терпелось сообщить подруге необычайную новость, и она с трудом дождалась вечера.
— Кто бы мог подумать! — оживленно начала она прямо с порога. — Вообразите, Алан снова богат! — Она сделала паузу и торжественно посмотрела на миссис Лидс, чтобы та как следует оценила важность сказанного. — Ах, я уже ничего не понимаю!
Миссис Лидс могла сказать о себе совершенно то же самое.
— Приехала эта американка, на которой женился Джеймс, — очень решительная особа! Обнаружилось еще одно завещание, в этот раз, кажется, действительно последнее. Ужасная суматоха… В этом весь мой брат! Он никогда не мог ничего привести в порядок! Да, теперь все они обвиняют мистера Эдвардса — я просто не хочу в это верить. Такой приятный, вежливый джентльмен… Наверняка произошла ошибка и он просто не смог разыскать этот последний вариант завещания… А ведь ошибка — не преступление, правда?
— Дорогая, то, что вы говорите, действительно необыкновенно, — заметила миссис Лидс — Так, значит, владелец состояния — все-таки Алан?
— Да, Алан. Знаете, все эти испытания так его изменили… Он стал гораздо, гораздо серьезнее. Но не во всем — вообразите, собрался зачем-то покупать дом в Ирландии… где-то на побережье. А ведь недвижимость там сейчас так подскочила в цене! Но он и слушать ни о чем не хочет…
— А как же этот самозванец?
Миссис Лаура сразу стала серьезной.
— Не знаю, как Алан собирается объявлять об этом Ноэлю и мисс Уэйн… то есть она теперь миссис Гордон, — какое счастье, что та свадьба Алана все-таки расстроилась! Ведь эта особа нипочем не отдаст так просто того, во что уже вцепилась… Пожалуй, только жена Джеймса сумеет обуздать эту чертовку…
Оливия, не желавшая стеснять миссис Харди, поселилась в гостинице, обещав Алану, что будет каждый день приходить на Лестер-сквер.
«Мы не должны торопиться, — думала она. — Прошло столько времени, что один или два дня ничего не решат. Надо выяснить все про этого Ноэля…»
И сейчас она нежилась в огромной ванне, внимательно читая «Морнинг Пост». Одна из статей особенно привлекла ее внимание.
«Лондонские газеты уже писали об образовании в городе филиала крупнейшего американского концерна „Гордон, Гордон и Адамс“, — говорилось там. — Глава филиала, мистер Ноэль Гордон, — один из совладельцев этого концерна. Он считает, что тесные деловые отношения американских и английских бизнесменов, бесспорно, пойдут на пользу экономике этих стран…»
