Она убрала с лица волосы. Вид у нее был слегка шокированный, и на то была вполне уважительная причина. Они нежно и долго целовались — и вдруг внезапный удар сбросил их с сиденья на пол. Удар не был фигуральным обозначением эмоционального взрыва любви, влечения или откровения. Нет. Все было гораздо более банально и жизненно. Упоминаемый удар стал результатом того, что их такси въехало с солидной силой в заднюю часть едущего впереди автомобиля. За этим тут же последовал другой удар, но уже в заднюю часть их автомобиля от машины, следовавшей за ними. В этот момент ни один из водителей не выглядел довольным.
Клуб пара, или дыма, или чего-то еще, чего точно не должно было там быть, вырвался из-под погнутого капота и растаял в небесах. Багажник переднего такси был помят посередине и поэтому открылся, представив для обозрения его содержимое, состоявшее из валявшихся вперемешку домкрата, веревок, шин и ящика с инструментами. Многое из перечисленного могло оказаться очень кстати, если бы водитель отнесся к происшедшему хотя бы с маленькой долей иронии. Но этого не случилось. Он подошел к их машине и начал кричать. Очень громко кричать.
Мэтт поднял Холли с пола. Он устало засмеялся.
— Ты, наверно, уже думаешь, что от меня больше проблем, чем я того стою.
— Да, — ответила она.
— М-м.
Она села на сиденье, проверяя, не повредила ли себе шею. Шея оказалась целой, в отличие от ее каблука, который разлетелся от удара напополам.
— Черт, — сказала Холли и тяжело вздохнула. Казалось, она вот-вот расплачется. — С тобой не соскучишься, да, Мэтт Джарвис?
— Ты права, — признал он.
Их водитель вышел из машины и начал ожесточенно спорить с водителем такси, в которое они въехали. Мужчины кричали и угрожающе махали руками. Боже, только не драка. Он драться совсем не умел, как это показал инцидент с Headstrong.
— Думаю, лучше выглянуть и разобраться.
Мэтт перелез через Холли и открыл дверь.
— Мне кажется, на свадьбу к Марте мы сегодня не попадем, — сказала она. — Мне придется сидеть и ждать, пока я покроюсь язвами или что там должно меня сразить.
— По-моему, это случается, только если ты намеренно не идешь. Если ты стараешься изо всех сил, но за каждым поворотом тебя ждут новые преграды, тогда, я думаю, тебе даруется прощение.
Мэтт наделся, что это прозвучало достаточно убедительно, тем более, что в каком-то смысле он был прав.
— Разве еще говорят «даруется»? — спросила Холли, тоже выходя из машины.
Он повернулся к ней и удостоверился, что его шарф защищает ее от холода.
— Рок-журналисты — говорят.
— Конечно, — сказала она.
На тротуаре уже собралась приличная толпа зевак. К двум спорящим водителям присоединился и третий, а также еще и изрядно взбешенный парень в шикарном костюме, орущий с британским акцентом.
Пока дрожащие Мэтт и Холли стояли чуть поодаль от этого накаленного спора, их водитель повернулся и показал на них большим пальцем с излишней, по мнению Мэтта, злобой. Не то чтобы он был трусом, но он искренне надеялся, что ему удастся пережить этот эпизод, не получив серьезных физических травм. Его вчерашние раны едва зажили.
— Это из-за них, — кричал водитель. — Они целовались в моей машине. Это отвлекало. Поэтому я тебя и ударил в задницу.
— Мы не целовались, — запротестовал Мэтт. — У нас была минута нежности. И в любом случае ты же сам меня поощрил. Я не знал, что делать, пока ты не сделал это смешное движение плечами. Поэтому я ее и поцеловал.
— Правда? — хмуро сказала Холли.
Водитель такси развел руками в знак своей невиновности.
— Я ничего не делал, мадам.
— Я все объясню, — поспешно добавил Мэтт.
— Конечно, объяснишь, — согласилась Холли.
— Но это вовсе не объясняет, почему ты въехал в его задницу, — кричал мужчина в костюме своему водителю. — Я оставил тебя на пять минут, чтобы узнать, что происходит и из-за чего пробка. Я возвращаюсь и нахожу изувеченную машину! — Мужчина закрыл лицо руками, всеми силами стараясь сдерживать себя. — Ты тоже смотрел, как они целовались?
— Мы не целовались, — одновременно сказали Холли и Мэтт.
— Прямо сейчас решается моя судьба, а мы тут стоим и обсуждаем побитые бампера. — Мужчина потянул себя за волосы. — Я спешу так, как никто никогда не спешил. С-П-Е-Ш-У. Спешу! За то же время, что у меня заняло добраться из аэропорта ДФК до этого места, я перелетел через Атлантический океан. Пожалуйста, — жалобно сказал он, — можно просто сесть в свои авто и поехать?
Все стояли не двигаясь.
— Пожалуйста…
Никто так и не пошевелился.
Мужчина мило улыбнулся и сделал подгоняющий жест. К этому времени движение вокруг них уже шло полным ходом и со всех сторон им сигналили проезжающие машины, потому что они стояли посреди замерзшего шоссе, забросанные снегом. Мэтт кутался в свое пальто, шепотом браня себя: «Плохое решение номер четыреста двадцать семь, Мэттью. Господи, надо было остаться в квартире у Холли, поесть сырой рыбы, напиться текилы, а возможно, и заняться любовью».
