— Да. Недалеко от новой железнодорожной станции продается пара домов. Я уже поглядела, место очень приличное. А еще я знаю, что рядом будет разбит парк. Не скоро, через пару лет. Но и стройка — дело не быстрое. Особенно, если нет мужчины, который возьмет на себя кое-какие вопросы.
На самом деле я уже выкупила этот участок, но Шанской знать о том пока рано. И мужчина у меня на примете был. Я уговорю Барги мне помочь. Он, во-первых, богат, а во-вторых, прекрасно разбирается в местных реалиях. Неоценимый союзник!
— А генерал даст разрешение?
— Мне? — вскинула я брови. — Всенепременно.
Что же, репутация у меня и без того не самая приятная. Теперь Шанская подумает, что я сплю с Ермилиным. А сплетница она знатная… Сейчас мне это даже на руку. Бакбак-Деви все боятся и уважают, а я — лицо пока еще неизвестное. Если генеральская тень меня укроет, то местные побоятся лишний раз обманывать. Мне уже пришлось рассчитать кухарку, которая воровала и деньги, и продукты. Спасибо Ефе — она прислала ко мне в помощь одну из своих многочисленных теток, которая и стала командовать на кухне. Вместе с теткой прибыли ее муж и трое детей. Пришлось поселить их во флигеле. Так что я не лгала Шанской: места у меня теперь и в самом деле не было. В оставшихся спальнях жили Долоховы, которые приехали на днях.
Казимира Федотыча я пригласила в свой дом не просто так. Мы с ним друг другу не нравились. Он считал меня вертихвосткой и пустышкой, а я его — угрюмым деспотом. Оба были в какой-то степени правы. И никогда бы он не принял приглашение, если бы не настойчивость господина Туманова и маленький, но довольно громкий скандал прекрасной художницы. Госпожа Долохова увидела мой замок и захотела там побывать. Разумеется, я была не против.
После моего прекрасного дома гостиница для офицеров показалась ей грязным притоном… Спорить с женой Казимир не стал, честь ему и хвала. Тем более, что и для его сыновей у меня нашлась отдельная спальня. И самый богатый и успешный фабрикант Юга теперь жил у меня, и об этом знал весь Вышецк. Ну а несколько новых сервизов и пейзажи, которые рисовала Марушка, оккупировав террасу — лишь приятное дополнение.
Я все рассчитала верно: в этом сезоне мой дом стал главной достопримечательностью Вышецка. Разумеется, немалую роль сыграла его архитектура. Он по-настоящему прекрасен и, как я слышала, уже получил прозвище «Замок любви» — все в округе знали, что мне подарил его государь. А вот про позорную отставку не говорили. Пока. Северяне еще не доехали до вод.
Зато прибыло несколько дилижансов из Большеграда, Буйска, Каменска и других южных городов. Конечно, в основном ехали молодые мужчины — студенты, чиновники и офицеры. Прибыл едва ли не весь курс целителей из университета: Ермилин пообещал им оплачиваемую практику. Вряд ли будут сложные случаи, но простуд, больных зубов и старых травм найдется предостаточно. Приезжали и целыми семьями, с детьми, гувернерами, няньками и собственными кухарками. Обедать каждый день в ресторане весьма расточительно, а мясо и овощи на рынке не так уж и дороги. Местные жители охотно сдавали свои дома гостям, а сами переселялись к родственникам или же уезжали в ближайшие деревни.
Все приезжие из Большеграда спешили меня поприветствовать. Они бы с удовольствием завели знакомство с генералом Ермилиным, но тот прятался в гарнизоне. Он терпеть не мог праздности и пустых бесед. А Ефа гостям даже не открывала двери, ссылаясь на икшарские традиции: если хозяина нет дома, то чужих людей на порог впускать нельзя.
А у меня было весело: играла музыка по вечерам, в саду танцевали и пили. Я сама выбирала, кого звать в гости — и пока еще никто не посмел отказаться от приглашения. Именно о такой жизни я всегда мечтала: юные офицеры, прекрасные дамы, одаренные маги (большинство из приличных семейств), икшарские князья… Да, икшарцы тоже приезжали на воды. И быстро угадывали, кто на самом деле правит бал в Вышецке. Я не покупала вина вовсе, мне его дарили целыми бочками. И всегда гостиная была заставлена вазами с букетами цветов.
К моему удивлению, Долохов, которого я всегда считала угрюмым отшельником, быстро взял на себя роль хозяина дома: он развлекал гостей, следил за порядком и даже играл на гитаре. А вот его жена предпочитала одиночество и все чаще пряталась с детьми у Ефы. Там же поселилась и дочка Туманова. Вообще все дети как-то запросто перебрались к Ермилиным. Меня это нисколько не расстраивало, я прекрасно понимала, что Нику куда веселее общаться со своими ровесниками, чем слушать пьяные шутки и глазеть на чужих людей.
Тем более что нравы в провинции куда свободнее, чем в больших городах.
Я не поощряла разврат и пьянство в своем доме, но когда вместе собираются и богатые мужчины, и красивые женщины, любовные интрижки случаются сами по себе. И драки, к сожалению, тоже. Счастье еще, что дуэли давно запрещены. Ермилин пообещал скорый военный суд каждому дуэлянту, а он имел на это все полномочия.
