Чё-ё-ёрт! Я ещё не готова к вопросам, которые посыплются на меня со всех сторон, если я уеду с Кириллом, у меня нет сил от них отбиваться. Адекватных объяснений для Виктора у меня тоже нет. Только Кирилл смотрит на меня сейчас так, будто мы с ним начали путь по минному полю, и я вот-вот шагну на мину, хотя он показал мне место, где её точно нет.
– Кирилл, я устала и…
– Я вижу. Поэтому сейчас ты сядешь в мою машину, и я отвезу тебя в больницу. От тебя не так много требуется.
– Не дави на меня! – Чуть отстранилась, высвободив руку, даже на открытом пространстве рядом с ним мне начало становиться тесно, его присутствие резко начало тяготить. Больше всего напрягал его повелевающий тон, требующий беспрекословного подчинения. Мне не нравилось, что Кирилл будто лишает меня возможности иметь выбор, внутри поднималась волна протеста.
– Ника, мы должны начать сегодня. Не сопротивляйся.
– Ты думаешь, что я передумаю? Поэтому давишь? – Сбавила свою импульсивность, пытаясь вернуться в равновесие. Мы должны научиться хотя бы нормально разговаривать, только почему-то именно это даётся труднее всего.
– Согласившись ты лишилась возможности передумать. Мы с тобой не в игрушки играем. Ничего страшного не случится, если ты сядешь в мою машину, но вот если не сядешь, лишишь меня шанса ещё когда-нибудь переступить порог моего дома. Сегодня ты возьмёшь меня за руку и проведёшь через парадный вход.
Кирилл сказал одни слова, но услышала я другие. Он дал понять, что именно я та помеха, которая мешает ему вернуться домой, из-за меня его не впускают в родные стены, и сейчас он как одержимый желает воспользоваться возможностью избавиться от того, что его терзает. Оказывается у нас с ним много общего – мы хотим одного и того же – освободиться от груза ошибок.
– Хорошо. Какая из них твоя? – Повернула голову в сторону, принявшись рассматривать припаркованные машины. Чувство такое, что здесь устроена маленькая выставка элитных автомобилей.
– Ты знаешь.
Я резко вернула взгляд на него и отшагнула от Кирилла. Он серьёзно? Что за?..
– Я в неё не сяду. – Собранность моментально активировалась в моём теле и я приготовилась испытать на себе волну гнева. С Кириллом и раньше было сложно, теперь стало совсем невыносимо. В прошлом я не заостряла так сильно внимание на чертах его лица, интонации, поведении тела, теперь же постоянно всматриваюсь и меня накрывает ужас от того, что я вижу и чувствую. Больше всего меня мучает незнание был ли он всегда таким, или эта перемена моя вина.
– Сядешь. – Спокойно, с еле уловимыми нотками усмешки. Его взгляд кажется мне жутким. Он прекрасно понимает причину моего нежелания и смакует любую мою реакцию. Он просто наслаждается властью в ситуации, в которой мы должны быть на равных, но Кирилл будто одурел от появившихся возможностей и сжал меня в тиски нашего договора и моего согласия.
– Нет. – Мне ничего не остаётся как стоять на своём, без доводов, без оправданий. Моё «нет» должно иметь вес, стать самым весомым словом для него навсегда.
– Сядешь. – Теперь это приказ. Знакомое давление, неприемлемость отказа. Теперь я его узнаю, сейчас, когда в нём поднимается самое тёмное, что он прятал от меня, а затем обрушил всей мощью.
– Заставишь? – Нет прошлого трепета, нет интереса, я готова к последствиям, потому что однажды испытала с ним полное разрушение.
– Нет. – Я вздрогнула, когда он прикоснулся к моей щеке, нежно проведя по скуле, это самая нежная пощёчина в моей жизни, его ласка хуже боли, потому что в теле, там где дремлют мурашки, будто что-то расцветает, заставляя их пробуждаться ото сна под воздействием манящего благоухания и дуреть, ворочаться во мне, вынуждая выдавать себя перед Кириллом. Я сама виновата, слишком раскрылась, теперь плоды этой ошибки будут сыпаться на меня в изобилии.
– Чего ты добиваешься? Хочешь меня наказать? Поиздеваться? Зачем тебе это?
– Всё очень просто: если сейчас не сможешь сесть в эту машину, то и в одну постель со мной лечь не сможешь. Если ты забыла особенности брака, напомню, супруги спят в одной постели, молодожёны обычно из неё вообще не вылезают.
– Это плохая сказка. Виктор в неё не поверит. – Я жёстко взяла Кирилла за запястье и плавно отвела его руку от своего лица, давая понять что мне не нравится.
– О чём ты думала, когда делала мне своё предложение? Ты вообще думала? Понимала, что тебе придётся делать, что позволять делать мне? Что именно с твоего согласия я получу права мужа, которые нам нужно будет регулярно демонстрировать моему отцу. – Меня резко замутило, тело прошиб озноб и Кирилл это моментально заметил, поступив в свойственной ему манере, притянув меня и плотно прижав к себе. – Тихо. Не надо ничего представлять, иначе угробишь нас обоих.
– Только тебя, – прошептала ему в грудь, в которой сердце пропустило удар и руки Кирилла будто ослабели, освободив меня. Я подняла голову, рассматривая непонимание на его лице, – если посмеешь сделать со мной хоть что-то, что я не позволю.
